Морозов. Книга 6 [СИ]

— Я же иду с тобой, — обнадежил ее я и кошка улыбнулась и уточнила:

— Думаешь, вдвоем будет не так скучно торчать вечность в межмирье?

— Уверен, — успокоил я собеседницу. — На крайний случай тебе будет что съесть.

Баюн склонила голову, словно раздумывая. Но в этот момент где-то вдалеке послышались приглушённые голоса ведьмаков. Которые искали в лесу пропавшего брата и огромную кошку, которая его утащила.

— Думай быстрее, — поторопил я девушку. — Скоро мои друзья будут здесь. И тогда…

Баюн тяжело вздохнула и по-кошачьи тряхнула головой:

Я протянул ей руку.

— Только не обмани, — попросила она и в зеленых глазах появилась тоска.

— Не обману. Мы же вместе идем.

Голоса приближались, и я с тревогой покосился на деревья, которые окружали поляну. А затем шагнул к порталу.

— Готова? — уточнил я на всякий случай.

Я глубоко вздохнул и повел девушку за собой.

Он загудел, пропуская нас. Мир хрустнул и меня затопило странной радостью, словно я оказался дома. Ощущение тут же пропало.

Я прислонился к стене, тяжело дыша и жадно хватая ртом воздух. Переход высосал из меня остатки сил. И теперь я чувствовал тянущую пустоту в глубине души. Снял с пояса фляжку и отвинтил крышку. Но емкость оказалась почти пуста. Лишь несколько капель отвара упали на язык.

Накатила сильная усталость. Веки были словно свинцовыми. Очень хотелось спать.

Я сполз по стене. Сейчас я минуту передохну, и…

— Миша, что с тобой? — послышался обеспокоенный голос. Он звучал издалека, пробиваясь сквозь плотный слой ваты, которой заложило уши.

Я с трудом распахнул веки. И уставился в бирюзовые глаза, которые испытующе смотрели на меня. Зрачки были почти человеческими.

Девушка смущённо улыбнулась:

— Компас… выведет, — слабо прохрипел я. Держась за стену, с трудом поднялся на ноги. Взглянул на запястье, где остались волшебные часы.

Стрелки вращались в разные стороны, как будто механизм был неисправен. И на секунду от этой мысли в желудке появился холодный ком. А волосы на затылке зашевелились. Но вращение стрелок начало замедляться, пока часы не пошли в прежнем режиме. Только на одном циферблате они остановились. Толстая короткая указывала на двенадцать часов, а тонкая длинная на девять.

— Идём, — прохрипел я и пошатываясь направился по коридору в сторону, куда указала часовая стрелка.