Морозов. Книга 6 [СИ]

— Он велел дождаться, пока вы придете в себя и потом уже отвезти в городскую квартиру, — ответил водитель.

— Мне нравится. Только сначала мы заедем в особняк.

— Зачем? — не понял слуга.

— Халат домашний заберу. И спортивный костюм. Уж очень я к ним привык.

— Может быть завтра я вам все привезу? — робко уточнил водитель. — Федор очень недоволен будет…

Но я покачал головой:

— Нет. Не переживай, мы туда и обратно.

Слуга покосился на меня, но не стал перечить. Просто кивнул и сел за руль. Я же вернулся на заднее сиденье.

В гостиной родового особняка горел свет. Снаружи дом выглядел как обычно. Вот только я заметил, что по стеклам окон словно сияющие паутины вились длинные трещины. Витраж, который украшал вход с зимний сад, осыпался, и вместо цветных стекляшек темнела пустота.

Я поднялся по ступеням, протянул на себя дверь. Та подалась, и я шагнул в дом. Тут было тихо. Паркет оказался чисто вымыт. В древесине виднелись глубокие борозды от когтей и трещины, расходящиеся далее.

Денис сидел в кресле и вперился стеклянным взглядом в горящий огонь. На каминной полке и на полу вдоль стены лежали расколотые статуэтки, словно кто-то разом шарахнул по ним чем-то тяжелым.

Со стороны столовой вышел домовой и встал как вкопанный.

— Мастер Морозов, — начал было Федор, заметив меня. — Вы…

— Не переживай, — успокоил его я. — Я ненадолго.

И быстро подошел к сидевшему в кресле брату.

— Миша… — начал было парень, но я не дал ему договорить.

Шагнул вперёд и резко ударил в челюсть, сбивая князя обратно в кресло. Его голова откинулась назад. Глаза распахнулись от шока.

Моя кожа затрещала от невыносимого жара. Запахло палеными волосами. Братец накинул огненный щит. Не в полную силу. Видимо, родственничек не хотел, чтобы я обуглился. Но я не стал отходить. Коснулся плетения, призывая остатки силы, и резким ударом пробил щит. Снова замахнулся и по-простецки ударил брата по лицу кулаком:

— За то, что ты вынул оружие в доме.

— Это за то, что не умеешь держать пистолет на предохранителе, — прохрипел я.

Костяшки впечатались в скулу:

— А это за то, что пуля попала в Лилию.

Князь не сопротивлялся и даже не пытался больше прикрыться. То ли растерялся, то ли понимал, что виноват. Он скривился, рассеченная кожа кровоточила. И я уже не мог понять, где моя кровь, а где брата.

Кто-то ухватил меня за плечо и потянул назад.