Морозов. Книга 6 [СИ]

Прироста населения рядом с Лукоморьем не наблюдалось. Словно кто-то сверху регулировал численность жителей.

— Передвижники что-то сдвинули, — я нахмурился и потер переносицу.

Я сделал снимки всех значимых документов и скинул их в давешний чат. Также отправил ссылку на статью. После чего убрал все документы в папку и сдвинул в сторону.

В конверте без обратного адреса я нашел несколько флешек, фотографий и пару расписок. Не сразу понял, что выслать все это мне могла только Тоня. Странно, что она решилась на такой отчаянный шаг.

Сверток ведь вполне могли стащить по дороге.

Хотя печать гласила, что посылка была с важными документами и отправлена курьерской службой. Наверно Тоня доверяла этой фирме и не могла передать мне материалы иным способом.

Я не решился вставить в ноутбук даже одну из флешек, чтобы проверить ее содержимое. Вдруг подумал, что на устройстве вполне могла быть установлена шпионская программа. И у меня не было уверенности в том, что кто-то посторонний не увидит переданные мне Тоней материалы.

Впервые подумал о том, могу ли доверять брату. Серова захотела получить доступ к моему блогу как раз в то время, как я съехал из Морозовского дома. Может это было совпадением, да только я не особенно в них верил.

«Ну что? Когда выдвигаемся»?

Сообщение от Пожарского высветилось в чате, оживив беседку.

«Надо как можно быстрее», — тут же прилетел ответ от Алины. А следом от нее пришло ещё одно сообщение:

«Есть информация, что у Воронцовых скоро будет семейный совет. Они будут обсуждать, стоит ли ждать решения Синода или ехать сейчас».

«Да ладно? Откуда»? — тут же среагировала Марья.

«У меня свои источники», — уклончиво ответила Шереметьева.

Я отложил телефон и вздохнул: писать в беседе ничего не хотелось. Как и лезть в Лукоморье не подготовившись. Во мне до сих пор были живы в памяти воспоминания о избе со старухой, и лешим, который нас спас. Но тогда за нас попросили домовой Прохор и опивень. А сейчас…

Сейчас мы можем не вернуться. Но рассказать про это я не мог. Потому что тогда бы всплыла информация и о монахах, и о предателе среди ведьмаков.

А Шуйский смыл с семьи клеймо позора.

Странный звук раздался совершенно внезапно. Я даже не сразу понял, что это звонит стационарный аппарат. Подошел к столу, снял с рычагов трубку.

— Княжич, извините за беспокойство. На ваш этаж поднимается князь Морозов. Я решил вас предупредить…

— Благодарю, — ответил я.

Кто бы сомневался, что брат надумает поговорить со мной после моего заявления.