Он уже знает мои требования и не спорит, когда не понимает, зачем надо эдак, а не так, как он привык делать. Строю трехмачтовую марсельную шхуну, которую в будущем будут называть джекасс (осел). Подразумевали мула из-за смешанных парусов: все косые — я остановился на бермудских, — кроме марселя на фок-мачте, но с английским языком и тогда у многих моряков были проблемы, посему перепутали. Косые паруса легче обслуживать, надо меньше команды, и они позволяют идти круто к ветру. Главный недостаток их — на высокой волне при попутном ветре шхуна сильно рыскает.
Лекарством от этого будет прямой марсель на фок-мачте. Длина джекасса будет двадцать два метра, ширина пять, осадка около полутора, грузоподъемность тонн сто пятьдесят. Такое сможет ходить довольно быстро, в том числе и по мелководью, — главные условия, которые необходимы небольшому и потому слабо вооруженному судну в этих водах. Поскольку я после женитьбы на Моник ван Баерле стал своим для роттердамских купцов, надеюсь, будет что перевозить, если у самого денег не хватит на груз.
А их не хватит, даже с учетом тех, что заработаю на перепродаже пушек, пока будет строиться джекасс. Я решил вооружить его бронзовыми тремя двадцатичетырехфунтовыми карронадами и двумя полупушками с удлиненными стволами, одну из которых буду использовать, как погонную, а другая будет служить для поражения догоняющих кораблей. Плюс порох, пыжи, уксус, ядра, картечь, книппеля. На вооружение уйдет немного меньше денег, чем на само судно.
Надо ведь иметь хоть какую-то защиту. Топить вражеские корабли на большой дистанции я не собирался, но перебить картечью пиратов, устремившихся на абордаж, карронады смогут.
До осени, пока строили марсельную шхуну, работал на линии Роттердам-Сэндвич. Туда возил сыр, обратно — ткани и пушки, заказанные голландскими купцами. Чаще заказывали шести-восьмифунтовки. Они меньше, легче и в то же время достаточно мощны, чтобы на малой дистанции нанести урон противнику. На купеческих судах пушки устанавливают только на главной палубе.
Трюм весь используется для груза. На них я зарабатывал меньше, чем на полупушках, но выбора не было. В середине августа джекасс был спущен на воду и в начале сентября подготовлен к выходу в море. Я получил на него государственное свидетельство, как гражданин графства Голландия, которое обошлось мне в двадцать флоринов. Судовладельцем значился Александр ван Баерле. Решил на всякий случай взять фамилию жены.
