Морские гезы

Я сказал на голландском языке, что не курю, и пошел дальше. Видимо, по акценту он догадался, что я иностранец, почему-то сразу перешел на английский, которым все встречавшиеся мне голландцы владели в совершенстве, и начал перечислять, что они очень скоро сделают с неграми, латиноамериканцами, азиатами и — на закуску — с поляками. Что у трезвых на уме, то пьяный выпалил мне в спину.

Молчание завсегдатаев заставило хозяина таверны оставить бочку в покое. Ему было лет тридцать семь. Волосы светло-русые и курчавые, подстрижены под горшок.

Усы и короткая бородка. Щеки румяные и нос красный то ли от выпивки, то ли кровь прилила, когда возился в бочке. Серые глаза глуповаты, но смотрят внимательно и расчетливо. Уверен, что он сейчас с точностью, как минимум, до флорина просчитает мою кредитоспособность.

— Добрый вечер, сеньор! Желаете выпить пива или поужинать? — обратился трактирщик ко мне.

Я поздоровался в ответ и спросил:

— Постояльцев принимаешь?

— Конечно.

У меня есть комната для иностранцев. Три стювера или патарда за ночь. Питание отдельно, — ответил он.

В прошлую эпоху серебряные стюверы были монетой графства Голландия, а равные им патарды ходили в Бургундии, Брабанте и Фландрии. Золотой флорин равнялся тридцати четырем патардам. Если это соотношение не изменилось, то жизнь сильно подорожала. Раньше в подобных трактирах я платил патард за две комнаты.

Трактирщик догадался, что цена показалась мне слишком высокой, сказал без издевки, по-доброму:

— Дальше по нашему каналу, почти на окраине, есть еще один трактир.

Там возьмут два стювера.

И наверняка все будет в три раза хуже.

— У тебя остановлюсь, — решил я. — У меня там лодка. Ее можно пристегнуть на замок, чтобы не украли?

Трактирщик посмотрел с добродушной улыбкой на посетителей за столом. Мол, каких только чудаков не бывает среди чужестранцев!

— Не бойтесь, не украдут! — заверил он. — Можете на всякий случай весла занести.

Поставите возле двери.

— Так и сделаю, — решил я.

— А откуда приплыл сеньор? — поинтересовался трактирщик, причем лицо его выражало готовность не обидеться, если я скажу что-нибудь типа «не твоё дело!».

— С моря, — ответил я. — Корабль утонул. Один я спасся. Сумел лодку вплавь догнать.

— Шторм вчера был лютый! Я думал, ставни не помогут, стекла повылетают! — произнес трактирщик восхищенно, будто это было самое приятное событие в его жизни.