Что позволяет СССР признать вас как таковых. И не сказано, что это относится исключительно к военным, а не гражданским структурам – это касается вас, герр Штрелин и герр Герделер! Союзник, имеющий армию и территорию с гражданской властью на ней, в то же время без юридического лица государства – такая правовая лазейка. Однако же как де Голль станет завтра официальной французской властью, так и вы будете управлять Новой Германией – ведь других политиков вашего уровня, не совершивших преступлений на службе нацистскому режиму, здесь просто нет.
– Полагаю, что понятие «сражающаяся» накладывает на нас определенные военные обязательства?
– Мы никого не неволим. Не желающие воевать против бывших товарищей – складывают оружие и идут в наш плен, на общих основаниях. А оставшиеся в строю – должны подчиняться приказам нашего командования, так же как Армия Народной Италии или Второй корпус де Голля. Простите, герр фельдмаршал, но мы никак не можем потерпеть на занятой нами территории не контролируемые нами войска неизвестной лояльности.
Конечно, будет проведена фильтрация – виновные в военных преступлениях против советских граждан должны быть наказаны. Ну, а после заключения мира ваши солдаты и офицеры будут демобилизованы, или же продолжат службу в фольксармее, там будет видно.
– Будут беспорядки. Как вы представляете себе названную вами «фильтрацию» среди неразоруженных войск?
– Господа, я полагаю, что обеспечить порядок будет не только в наших, но и в ваших интересах! Насколько я мог видеть, эти земли сравнительно мало пострадали от англо-американских бомбежек, здесь еще не знают настоящих ужасов войны.
В то же время, промышленный район Бадена и Вюртемберга мог бы стать важной производственной базой ГДР. И будет очень жаль, если все это превратится в поле боя – поверьте, что мы этого не хотим! Нам это будет что-то стоить – но Германии в итоге это обойдется куда дороже.
– Эрвин, я думаю, что мы должны согласиться со столь любезным предложением, – сказал Карл Штрелин, фактически полноправный хозяин «гау Вюртемберг», – или же вы, с верными вам дивизиями, можете обеспечить этой земле безопасность от вторжения? Русского или американского, без разницы, чьи бомбы будут разрушать дома и убивать мирных граждан.
Притом что, боюсь, на нас ополчатся и войска, сохранившие верность фюреру – для которых мы мятежники, подлежащие казни.
– Поддерживаю! – заявил и молчавший до сих пор Карл Фридрих Герделер, скромный советник концерна BOSHAG в Штутгарте.
