А ну стоять, карманы вывернуть – бумажник к черту, рейхсмарками, не говоря уже о евро, завтра лишь в сортире подтереться, а часы хорошие, мне нужнее будут! Возмущаешься – а в морду тебе, и сапогами, сапогами! Скажи «данке», что живым отпускаем! При любом раскладе, что бы завтра ни было – в кармане золотишко, ценности, валюта никак не помешают. Это к тому, что ювелирная лавка впереди, судя по вывеске – заперта, ну так в дверь прикладом! И поспрашивать хозяев, куда все припрятали, уж это мы умеем – развязывать языки!"
"Москалей же вблизи пока нет? Продержится «Нордланд» еще хотя бы час, даже полчаса? А большего и не требуется – погром устроить, качественно и быстро, этому отважных козаков учить не надо! Немцы ведь народ зажиточный, у каждого что-то припрятано, ценное, и в карманы влезет, или в мешок.
И никто не помешает – эсэсовцы, полк из «Гроссдойчланд», и сводная группа бригаденфюрера Монке, из дивизий «Лейбштандарт» и «Гитлерюгенд» – вернее, их остатков, кому посчастливилось вырваться из Зееловской мясорубки – охраняют лишь правительственный квартал и прилегающие к нему, фронтовым частям сильно не до нас, когда москали наступают, ну а фольксштурм можно в расчет не брать, это те еще вояки, их сейчас кто угодно организует – и железнодорожники, и почтовое ведомство, и фабричная охрана.
Гуляй, хлопцы, – хоть час, да наш!
– Гей же, братья, смело возьмемся за дело! Пойдем воевать, славу добывать.
Все было привычно – точно так же еще вчера выбивали двери, врывались в квартиры, чтобы хватать «изменников».
Сейчас даже проще – не надо никого никуда тащить, можно и на месте. Если есть фрау и фройляйн, замечательно – и утехам на войне должно быть место, и у баб наверняка хоть какое-то золотишко в наличии, сережки или колечко! Если есть киндеры – тоже хорошо, ну как хозяева будут молчать, когда их чадо режут на кусочки, а совсем мелких головкой об угол – вот что будет, если спрятанное не отдадите! Дед, отставник, еще в ту войну, наверное, служил, пистолет выхватил – очередь в упор, и всех в квартире тоже кончили – естественно, после того как все ценное забрали.
Чтоб другим неповадно было. А ведь если к москалям попадем, это шанс – объявить себя антинемецким восстанием! Может быть, и не расстреляют тогда.
– Душу, тело мы положим за нашу свободу. И покажем, что мы, братья, козацкого роду!
Вчера еще пели в строю «арийского роду».
