Морской волк

Тот тоже не знает, где я, но догадывается, что выполняю поручение короля, потому что отправляет мою почту через королевских курьеров. Я написал Жакотену Бурдишону, чтобы не совался в Лондон. На подходе к устью Темзы кочующая, песчаная банка, на которой уже погибло и еще погибнет много судов. Я не был уверен, что шкипер достаточно опытен, чтобы разминуться с ней.

Я уже собирался отнести письмо командиру обоза, который утром пойдет в Дижон, но услышал выстрелы из пушек и фальконетов. Стреляли не те, что стояли вокруг города, а те, что прикрывали подход к нашему лагерю с востока.

Видимо, двадцать второго июня всем не терпится повоевать. Тревоги в нашем лагере еще не подняли. Наверное, ждали сообщение с редутов, прикрывающих подход по Вильскому полю. Я ждать не стал, приказал своим седлать лошадей и надевать доспехи. Может быть, напрасно, потому что стрельба быстро закончилась.

— Видать, лотарингцы выслали разведку, чтобы прощупала наши позиции. Получила свое и удрала, — сказал командир роты Россо Малипьеро, который шел мимо моей палатки от шатра графа Кампобассо.

— Распрягать лошадей? — спросил Лорен Алюэль.

Получив аванс, он стал постоянным клиентом проституток, причем решил перепробовать всех, прикрепленных к нашему отряду. В его возрасте кажется, что все женщины разные. Даже если это так, ты всё равно со всеми одинаков.

— Подождем немного, — решил я.

Вражеская армия была примерно на треть больше нашей. Основное ее ядро составляли швейцарцы, у которых в активе победа над бургундами.

Говорят, что наняты швейцарцы на деньги — и не малые! — французского короля. Я не сомневаюсь, что так оно и есть. И не сомневаюсь, что деньги они отработают, чтобы Людовик Одиннадцатый нанял их еще не раз. Наверняка все десять дней стояния неподалеку от нас изучали наши позиции, искали слабые места. На их месте я бы ударил именно сегодня, после дождя, когда их не ждут, когда у артиллеристов проблемы с быстро отсыревающим порохом. Артиллерия у герцога Бургундского, по меркам этой эпохи, превосходная, как в количественном, так и в качественном отношении. Говорят, он обожает огнестрельное оружие, считает, что за ним будущее. Я знаю, что он прав, но остальные так не думают. Аркебузы, которые называют ручницами, кульверинами и разными непристойными словами, пока что чаще пугают лошадей, чем убивают всадников. За такое издевательство над животными аркебузирам, попавшим в плен, частенько отрубают правую руку, чтобы не брали в нее всякую гадость.