С иностранных кораблей брали по пять с половиной марок за каждый ласт — сорок квадратных футов — груза. Нас пропустили неощипанными. Несмотря на то, что с грот-мачты свисал длинный красно-белый датский флаг, к нам подошел двенадцативесельный баркас с чиновником на борту. Ларс Йордансен прокричал ему, что судно принадлежит ютландскому дворянину Нильсу Эриксену из рода Гюлленстьерне. Этого хватило, чтобы нас оставили в покое. Или вид пушек сделал чиновника более покладистым. Я приказал на всякий случай приготовить их к бою.
В узкостях мало времени на раздумья и подготовку. Копенгаген пока сокращен до размеров исторического центра и обнесен каменной стеной с круглыми и прямоугольными башнями. Нет моста, соединяющего столицу Дании со шведским Мальмё. Впрочем, пока что Дания, Исландия, Норвегия и Швеция — одно государство, называемое Кальмарской унией. В будущем в проливе движение будет, даже после постройки моста, — мама, не горюй! Транзитные суда идут в обоих направлениях, а наперерез им паромы, катера, яхты.
Проскакивать пролив надо с закрытыми глазами, не обращая внимание на, как я их называл, суда поперечного плавания. Получалось не у всех. Каждый год происходило по несколько столкновений. Залатывали пробоины, которые напоминают акулью пасть, на судоремонтном заводе, который тут же, рядом. В общем, пролив Зунд приносил выгоду во все времена, только разными способами.
До Финского залива нас довел теплый и сухой южный ветер — большая редкость в этих местах.
Потом сменился на северо-западный, и задождило. По Финскому заливу шли и днем, и ночью, несмотря на сложную навигационную остановку. Ночи были «белые», точнее, серые. Такое впечатление, что небо заволокли серые тучи, потому и не видно солнца. Я вел барк в Нарву. Раз уж соленая сельдь — товар для русских купцов, надо везти ее поближе к ним. До Новгорода добираться не рискнул. В Неву, может, и найду путь, хотя подходные каналы к ней пока не прорыли, а вот дальше лучше на гребном судне добираться.
Зато Нарва соединена рекой с Псковом. По рассказам Ольборгских купцов, там большой русский гостиный двор с собственной каменной церковью, которую используют и как склад. Каменные здания более надежны при пожарах, которые в эту эпоху случаются часто.
Нарва располагалась на левом берегу реки с одноименным названием. Ее защищали ров шириной метров одиннадцать и каменно-деревянная стена высотой метров шесть.
