Морской волк

Пока экипаж поднимал парус, мы сократили дистанцию еще на кабельтов и сбили фок.

Хулк был вооружен десятком трехфунтовых фальконетов. В последние годы войн с Францией не было. Никто в Ла-Манше не нападал, вот и сократили вооружение до минимума. В трюме легкая шерсть, а тяжелые пушки на палубе явно не способствовали безопасности мореплавания. Поскольку на английском корабле были лучники с блинными луками, я приказал своим арбалетчикам и аркебузирам спуститься с марсовых площадок. Будут стрелять из укрытий. В отличие от лучников, им не надо стоять в полный рост во время стрельбы.

Спрятался и я за фальшборт, потому что английские лучники стреляли залпами, трудно уклоняться.

Поравнявшись с хулком, врезали в него бортовой залп картечи с расстояния метров семьдесят. Ни на марсовых площадках, ни на палубах не осталось ни одного лучника. Живые опасливо выглядывали из укрытий. Стрелять по нам никто из лучников больше не хотел. Зато их комендоры пальнули из двух фальконетов и снесли ванты правого борта грот-мачты.

— Убрать паруса, кроме стакселя! — приказал я своим матросам.

Хулк еле перемещался, благодаря блинду. С одним стакселем мы шли вровень с вражеским кораблём. Комендоры перезарядили пушки и по моему приказу произвели второй залп. Били по фор- и ахтеркастлю ядрами. С такой короткой дистанции ядра прошивали надстройки насквозь. Обломки досок и щепки посыпались в воду. Англичане сдаваться не собирались, поэтому произвели мы по ним еще и залп картечью карронадами. После чего на воду был спущен баркас, в который села абордажная партия под командованием Лорена Алюэля.

Несколько гребков веслами — и баркас подошёл к борту хулка. Три «кошки» зацепились за планширь заваленного внутрь фальшборта, над которым была натянута абордажная сетка, сильно поврежденная. Первые бойцы, поднявшиеся по тросу с мусингами, фальшионами прорубили в сетке отверстия. Одному не повезло — получил стрелу в голову. Лучник был классный: наконечник стрелы пробил шлем сзади и вылез на пару дюймов. Сразу прогрохотал ответный залп из нескольких аркебуз. Я не видел лучника, но, судя по тому, что больше никто не мешал моим бойцам подниматься на борт каракки, в него попали. Видимо, смерть товарища разозлила моих ребят, потому что через несколько минут они доложили, что ни одного живого англичанина на борту каракки нет."

"Мне привезли сундук капитана. В нем лежали расписки на груз — овчины летние и котсволдскую шерсть. Поскольку шерсть имела название, наверное, высокого качества.