Московский Лес-4. Леса хватит на всех

- Фр-р-р-ш-шурх!

- Фр-р-р-ш-шурх!

Огненные плевки канули в дымном мраке; в тоннеле затрещало, заскрипело суматошно и, прежде чем Лёха успел ещё раз поддать напора, из смрадных клубов выкатился на свет комок огня – по мельтешащим волосатым лапам-ходулям в нём угадывался особо крупный паук-волосан. Яцек вскинул обрез, но горящая тварь уже перевалилась через парапет и полетела с моста вниз, в груды битого бетона.

Лёха-Кочегар, оскалившись, выдал ещё один язык пламени, опустив брандспойт пониже.

- И будет! - сказал он, закручивая вентиль. – Толян уже близко, как бы его не накрыть! Вон, какой треск стоит!

Яцек прислушался, но все звуки заглушил прерывистый гудок – один, другой, третий. И, словно выброшенные акустическим ударом, из клубов дыма выкатились ещё три паука-волосана, гораздо меньше первого. Заметались перед платформой, и вслед за первым сиганули вниз. Последний паук оставил за собой отчётливый инверсионный след от подпаленной огнемётом волосатой шкуры.

Гудки прекратились, зато явственно был слышен приближающийся треск. Лёха махнул рукой помощнику, сидящему в будке паровоза – тот потянул кожаную петлю, свисающую сверху, и механизм отозвался пронзительным свистом. Платформа дёрнулась, залязгали сцепки, и состав послушно попятился, выбираясь задним ходом на мост. Из тоннеля дважды свистнуло в ответ.

Вообще-то, подумал Яцек, можно бы и остаться на месте. Дрезина двигалась по параллельным рельсам, и Лёхина шайтан-арба нисколько ему не мешала.

Видимо, путеец не хотел попасть под летящие во все стороны лохмотья зелени и горелые клочья, летящие из-под фрезы-путеочистителя, закреплённой на передке дрезины. Задачей этого агрегата было время от времени проходить насквозь зелёный тоннель, тянущейся от руин станции «Деловой центр» до Дорогомиловского моста и «сбривать» лианы, проволочную лозу и прочую ползучую зелень, которой оставленный без присмотра тоннель зарос бы за считанные недели. Таких участков, где растительность смыкалась над железнодорожными путями, образуя зелёно-сумрачные коридоры протяжённостью порой в несколько километров, на МЦК хватало, и Толянов агрегат вместе с тремя такими же (путейцы называли их «газонокосилками) без работы не застаивался. "

"Конкретно этот участок пользовался у путейцев дурной славой из-за обитающей здесь насекомоподобной дряни, а потому Лёха-Кочегар и решил подсобить коллеге-путейцу в его нелёгком труде.