Мост через огненную реку

 – Снимается легко…

– …Теперь вам будет во дворце труднее, – говорил ему Алан полчаса спустя, когда они уже сидели за обедом. – Намного труднее. Если бы эта штука вас только веселила, может быть, ее можно было бы и оставить. Но кто знает, как она еще работает? Поэтому лучше не рисковать. Я полагаю, смысл этого перстня – склонить вас на их сторону. Если вы будете вести себя умно, то сумеете их запутать. О том, что произошло на самом деле, они в любом случае не догадаются. От вас ничего подобного никто не ждет, от матушки тоже… Ну, а меня вообще в расчет не берут…

– И зря… – засмеялся Бейсингем.

– Я тоже думаю, что зря, – улыбнулся мальчик. – Но откуда же им знать, что герцог Баррио успел передать свое дело. Мне ведь было всего семь лет, когда он умер, а матушка не могла дать мне знания. Зато она привила желание их получить…

– А что, герцог Баррио…

– Герцог Баррио был тайным советником Священного Трибунала, – ответила вместо сына Эстер. – Пока он был жив, секты сидели тихо, как мыши. Он знал про них все.

А теперь он умер, вот и появляются всякие там королевы Элизабет и ученые епископы Мартины…

– Погодите, а епископ-то при чем? – воскликнул Энтони.

– Неужели вы не поняли? – удивился Алан. – Это же так просто. Кстати, вы мне не напомнили, а я ведь обещал рассказать про присягу. Я все понял сразу же, едва вы рассказали, как обозлилась королева, когда вы не стали повторять тот текст, который читал полковник. Ну подумайте сами, герцог: офицер клянется служить королеве и только королеве, целует перстень с изображением демона и получает от нее знак службы, наверняка непростой, как и ваш перстенек.

Больше ничего и не надо… Думаю, кстати, что и ваш маршальский жезл тоже непрост. Вы его часто в руки берете?

– Совсем не беру, – фыркнул Энтони. – Я, знаете ли, не привык получать чины из рук любовницы, и давали их мне совсем за другое…

– И дальше не берите. Не надо…

Уже гораздо позже, когда Бейсингем попрощался с герцогиней, Алан, провожавший его до дверей, тихонько сказал:

– Я немного приукрасил наше положение, герцог.

Не хотел говорить при матушке… Рано или поздно они, конечно, заметят, что перстень не действует. Но постарайтесь протянуть хотя бы несколько дней, чтобы они не связали это с посещением нашего дома. Иначе всем нам придется плохо…

Когда Энтони вошел во дворец, ему показалось, что он нырнул в темную воду глубокой реки. Все виделось как сквозь закопченное стекло, тяжелый воздух сдавливал грудь.