Мост через огненную реку

И тут Энтони вспомнил. Да, немудрено забыть, если этим путем они не пользовались лет двадцать пять – с тех пор, как принцы получили право выходить из дворца, когда им вздумается. Там, в дальнем углу сада, рос старый уродливый вяз. Его перекрученный ствол накренился в сторону сада, но одна ветвь подходила совсем близко к дворцовой ограде. Когда они были мальчишками, они часто выбирались из дворца этим путем. Ограда выходила в небольшой пустынный переулок, а неподалеку жил огородник, который за небольшую плату предоставлял беглецам свою лестницу, чтобы те могли вернуться обратно.

– Неужели там все по-прежнему? – прошептал Энтони.

– Два дня назад было в порядке, – так же тихо ответил Себастьян. – Я видел. Я иногда проверяю нашу лесенку – вдруг придется ею воспользоваться? Вот только Монтазьена мы туда не затащим.

– Да черта нам в Монтазьене! – нетерпеливо воскликнул Энтони. – По ту сторону стены он нам не нужен.

Герцог покорно перебирал ногами, даже не пытаясь вырваться – должно быть, совсем оцепенел от страха.

Себастьян легко взобрался на дерево, Энтони передал ему свою скатку и жезл – и тут, когда он весь тянулся вверх, приподнявшись на цыпочках… Монтазьен ударил, как мог – локтем с разворота, не сильно, зато прямо под ложечку. Пока Бейсингем стоял, хватая ртом воздух и созерцая разноцветные круги перед глазами, его пленник кинулся в кусты, и через несколько секунд, уже на порядочном отдалении, послышался его крик: «Сюда!»

– Тони! Что с тобой? – звал сверху Себастьян.

– Помоги! – выдохнул Энтони и, ухватившись за протянутую руку, кое-как взобрался на дерево.

Они одновременно спрыгнули за ограду и метнулись в ближайший переулок. Бейсингем, задыхаясь, привалился к стене, яростно растирая место удара, словно это могло помочь. Себастьян обхватил его и потащил, не давая упасть. Они свернули раз, еще раз, нырнули в какой-то тесный проход и затаились. Энтони прислушался: все было тихо.

– Надеюсь, собак у них нет, – прямо в ухо ему шепнул Себастьян. – Куда теперь?

– В казармы городской стражи! – прохрипел Бейсингем, все еще отчаянно цепляясь за плечо нового короля Трогармарка.

…Когда за ними захлопнулись ворота казарм, Себастьян коротко выдохнул и опустился на скамейку под факелом. Энтони рухнул рядом, пытаясь отдышаться. Кто-то потряс его за плечо, он поднял голову – перед ними стоял Гровер.

– Ну мы и бежали! – усмехнулся Бейсингем. – Куда там зайцам.

– Лучше живой заяц, чем мертвый лев, – в тон ему фыркнул Себастьян.