Мост через огненную реку

 – Может быть, теперь расскажешь, что происходит?

– Расскажу, – все еще не в силах слитно произнести больше нескольких слов, проговорил Бейсингем. – Сейчас. Только пойдем в штаб. Там светло. Там вино есть…

В штабе Энтони коротко повторил Себастьяну то, что до этого уже столько раз рассказывал остальным.

– Ты что – хотел меня удивить? – поднял тот четкую, словно кисточкой прорисованную бровь. – Половину этого я знал, о второй половине догадывался. А Леон, думаю, знал все или почти все. Лучше скажи, что ты теперь собираешься делать?

– Менять правителей.

Хватит, поиграли в торжество воплощенной мечты всех подонков Трогармарка. Слушай, у нас нет времени, чтобы долго думать. Даю минуту на размышление. Одно из двух: либо ты становишься королем, либо им стану я, а ты можешь продолжать пить водку Обещаю, мешать не буду. Выбирай.

Себастьян быстро взглянул на него.

– Ненавижу водку! – скривился он. – Почти так же, как Бетти. Не понимаю, что ты в ней нашел?

– Ну, коли так, возьми! – Энтони протянул руку.

На ладони лежал перстень: массивный золотой круг, камень с вырезанным вепрем. Фамильное кольцо Трогаров. Кольцо королей. Себастьян присвистнул, но ничего не сказал, лишь надел перстень и выпрямился.

– Что ж, пойдем поглядим, кто умнее – ты или Монтазьен.

Энтони только усмехнулся. Он ни минуты не сомневался в Себастьяне. Он помнил, помнил с детства, кто из их мальчишеской компании был самым отчаянным. Не Валентин, не Леон, даже не Терри. Самым-самым всегда был Себастьян. А брат короля помнил еще кое-что: во всех его мальчишеских безумствах за ним хвостиком бегал самый младший из Бейсингемов.

Строй стражников приветствовал Бейсингема, как обычно – легким шепотом, за которым последовал бы радостный рев нескольких сотен здоровенных глоток, если бы Энтони не оборвал его резким движением руки. Он вышел на середину, оглядел строй, быстро взглянул на стоящих отдельно офицеров гарнизона и словно бы случайно расположившихся рядом ополченцев.

– Солдаты! – он говорил негромко, но в тишине ночного города затаившие дыхание ветераны слышали каждое слово.

 – Вы уже знаете, что богословский спор решен, и уже принесли недостающую присягу. Пришла пора узнать и остальное. Те, кто начинал этот спор, во главе с королевой Элизабет, отлучены от церкви как еретики, враги Господа и поклонники дьявола.

По рядам стражников прошел гул. Офицеры насторожились.

– Я сам, – Энтони чуть возвысил голос, перекрывая шум, – сам тому свидетелем.