Мост через огненную реку

Не такой он, чтобы не выбраться.

…Поклонники Хозяина по-прежнему находились в жертвенном чертоге, но расстановка сил несколько изменилась. Солдаты смущенно топтались у двери – такое количество собравшихся вместе графов, баронов и прочих обладателей титулов оказывало свое действие. Королева сидела в кресле, откинувшись на спинку, остальные столпились вокруг, насмешливо поглядывая на солдат.

«Эффектный получится процесс! – подумал Бейсингем. – Не скамья подсудимых, а тронный зал».

Да, эффектный получится процесс, и скорее всего, толку от него не будет.

Приговорят к тюремному заключению, а то и к церковному покаянию. В конце концов, никто не убит, один лишь бродячий цыган-генерал пострадал, а что до барских забав… То, что город был подожжен с пяти концов, ничего не доказывает, совершенно ничего. В крайнем случае, пострадают несколько козликов. А эти потом выйдут на свободу, и все начнется сначала. Все всегда начинается сначала.

– Берите их! – приказал Энтони солдатам.

 – За мной! Он снова шел тем же путем, хотя и не так безошибочно, как час назад. Пленники казались спокойными, и лишь когда они миновали выход и пошли в глубь замка, заволновались.

– Куда вы нас ведете? – встревоженно спросил лорд Оулиш.

– Туда, где вам самое место! – бросил Бейсингем, не замедляя шага.

В чертоге Встречи по-прежнему полыхало пламя. Теперь оно разгорелось вовсю, огненные языки лизали стены и свод, вырывались из открытой двери.

– Всех туда! – приказал Энтони.

Солдаты окаменели.

– Вы что, не слышите приказа? Сабли наголо!

Слегка вжикнула сабля, другая. Энтони глянул краем глаза – это были те, кто ходил с ним сюда в первый раз.

– Они там людей жгут! – сказал один из них. – Живыми. Мы видели…

Но уверенности в его голосе не было. Сзади окликнули, Энтони обернулся и увидел Алана.

– Ребенок не виноват… – тихо сказал мальчик.

Да, в самом деле, он и забыл… Бейсингем махнул рукой, указывая на королеву.

– Ее оставить.

Остальных – туда…

Он вспомнил горящий город, толпу на улицах, жуткий вой, нарастающий вдалеке, за домами. Нет, это не там, это здесь кричат, в пытающем проеме двери темная фигура хватается руками за косяки. Солдаты опустили сабли. Кто-то взял Энтони за плечо. Квентин!

– Ваша светлость, – сказал пограничник. – Еще сниться будут, оно вам надо?

– Спасибо, – выдохнул Бейсингем. – Я не могу, как оказалось… Мы не можем… Я не только из-за генерала.