Мрак

Спят на камнях и голой земле, едят траву и ящериц… Не видят ни женщин, ни вина! А когда наконец-то вырываются на волю… На каждый праздник десятка два убитых, еще больше покалеченных. Но ведь праздники бывают редко!

Мрак неторопливо хлебал суп. Жаба сидела рядом с миской и жевала хлеб, придерживая обеими лапами. Они заканчивали ужин, когда рядом сел горец, пославший его сюда. Он выглядел довольным, глаза блестели.

– Меня зовут Буден, – сообщил он. – Ты оказал нам огромную услугу.

– Я знал, что там запрятано нечто, – ответил Мрак равнодушно, – но меня с детства учили не трогать чужое.

– Чувствовал, – поправился Мрак, – догадывался. И что-то очень важное. Иначе бы тот спасал себя, а не коня.

– И ты даже не посмотрел? – не поверил Буден. Он отодвинулся, потому что жаба пошла по столу в его сторону, глядя на него неотрывно.

– Я не получал разрешения смотреть, – объяснил Мрак. Видя остолбенелое лицо Будена, добавил успокаивающе: – Я люблю смотреть вперед, а не под себя. А здесь есть на что глянуть.

Насмотревшись, жаба вернулась к Мраку. Он почесал ее пальцем, жаба довольно забормотала. Буден снова сел, положив локти на стол, рассматривал лохматого незнакомца. Тот ел неспешно, в нем чувствовалась настоящая сила. Он не старался выглядеть сильнее или устрашающее, как в этом жестоком мире пытаются делать большинство, заранее отпугивая своим видом.

– Сюда не приходят просто поглазеть, – сказал Буден. – Здесь жестокое место. Приходят за богатством, властью, счастьем. Из каждого десятка выживают двое. Городок наш крохотный, но кладбище – огромное… Зачем явился ты?

– Я слышал, здесь живет родня моей жабы, – сообщил Мрак.

Буден с отвращением смотрел на жабу:

– Я впервые вижу такую громадную. И вообще в горах жаб не бывает… Или поймал где-то в болоте?

– Как раз в горах.

Буден смотрел скептически. Наконец покачал головой:

– Здесь все необычные, как люди, так и звери… Да и кто в своем уме сюда полезет? Обычные сидят в теплой долине. Здесь, можно сказать, складывается совершенно новый народ.