Мрак

Она задела самую сокровенную струну мужчин: дать такое потомство, которое бы завоевало свет, перевернуло, увековечило имена в песнях и легендах, пронесло его имя в глубь веков и тысячелетий!

И тут же, заслоняя прекрасное лицо Хозяйки, ее колдовские глаза, перед его внутренним взором встало и заблистало искрами, как заготовка меча, которую вынули из пылающего горна, лицо единственной женщины, ради которой стоит жить и умереть.

– Нет, – сказал он, – благодарю за честь, но Таргитай тоже не остался с Даной. Нас звала дорога!

Она опустила глаза.

– Вам подготовят коней, – ответила она.

Когда выехали из расщелины, Мрак прищурился от яркого света. Воздух свеж, но солнечные лучи с пронзительно синего неба кололи, как острия стрел. Перед глазами поплыли огненные круги. Хрюндя заворчала, уткнулась холодной мордой в шею Мрака. Додон постанывал и закрывал лицо рукавом халата. Его лицо было бледным, словно пробыл в недрах Медной Горы не месяц, а годы.

Мрак косился на тцаря, наконец не выдержал:

Додон пожал плечами, голос был злой, брюзгливый:

– Разве ты не этого добивался?

– Ну… Все равно не понял, почему.

– Ты понял, – ответил Додон невесело. – А когда понимает хоть один… хоть один на белом свете…

Он махнул рукой. Мрак, не дождавшись продолжения, спросил:

– Ладно, но почему она отпустила так легко?

– Она богиня, – напомнил Додон. – И моя тетка. Против моей воли держать не станет.

– Мне бы такую тетку… А как сразу сказала про коней! Для двоих.

– Богиня, – напомнил Додон снова. – И моя тетка. Ей многое становится ясным, когда только взглянет на человека. Может быть, потому и ушла так далеко в землю. Навидалась!

Они начали спускаться в долину, но, когда выехали на крохотную тропинку, Мрак придержал коня:

– Дальше тебе одному. Тут близко, не заблудишься. А у меня должок.

– Какой? – удивился Додон.

– Я обещал Хозяйке избавить от разбойников.

– Она выпустила тебя просто так.

– Богиня, – ответил Мрак без усмешки. – И знает людей.

Засмеялись без особого веселья. Мрак слез с коня, бросил повод Додону. Тот подхватил молча.

Мрак поправил секиру за плечом, его шаг был скор, направился прямо через россыпь острых глыб. Напрямик, где конь не пройдет. Из мешка выкарабкалась толстая жаба и, усевшись на правом плече, уставилась на Додона мутным взором. Додон проводил их долгим взглядом, пустил коней вниз в долину.