Мрак

Вблизи царских покоев всегда снует народец, норовит лишний раз попасться на глаза грозному тцарю. Авось запомнит, пожалует одежкой со своего плеча или кусом с царского стола.

– Ты того, – шепнул один опасливо, – больно горд… Кланяйся тцарю ниже!

– И не спорь, – подсказал другой, – не спорь!

– Он тцар, – сказал кто-то с оттенком благоговейного страха. – Его слово – все! Выше нет и быть не должно. Все царской воле должны быть покорны. А у тебя спина больно прямая!

И последний успел шепнуть благожелательно:

– Тцарю нужны не праведники, а угодники!

Дверь распахнулась, появился страж.

От Мрака враз отхлынули. Он сказал негромко, но чтоб услышали:

– Спасибо, люди добрые. Вижу, за меня радеете. Потому и советуете… Но у каждого своя дорога.

– Эй, воевода Мрак! Светлый и милостивый тцар изволит со своей неизреченной милостины… тьфу, милости… изволит принять тебя. Это значит, ежели исчо не понял, то иди к нему. Но ежели твое дело не столь важное, то не сносить тебе головы!

Мрак усмехнулся, а проходя мимо стража, внезапно ухватил его за нос и сжал, неотрывно глядя в лицо желтыми волчьими глазами.

Тот скривился от боли, рука дернулась к ножу на поясе. Мрак улыбнулся предостерегающе, верхняя губа приподнялась, показав острые клыки. В горле нарастало глухое рычание. Взгляд желтых глаз переместился на нежно-белое горло стража.

– По… ща… ди, – промычал страж. Он всхлипнул. – Пощади, доблестный Мрак!

Мрак отпихнул к стене, с отвращением вытер о его же нарядную одежду пальцы, оставляя красные следы.

Страж дрожал, остальные молча смотрели, как широкий в плечах варвар крупными шагами вошел в царские покои.

Додон сидел на постели. Лицо было заспанное, глаза зло уставились на Мрака. Возле постели на полу сидели Голик и Кажан, а у окна хлопотал над притираниями и снадобьями волхв-лекарь. За волхвом придирчиво следил Ковань, сгорбленный и нахохленный, как мелкая хищная птаха. Воздух был заполнен тяжелыми ароматами благовонных смол. Острые глаза Мрака углядели, что пол сплошь усеян крохотными тельцами комаров.

– Что тебе еще? – просипел Додон. Он откашлялся, сплюнул на пол. Голик и Кажан наперегонки бросились убирать царский плевок. – И чего так вырядился?

Мрак поклонился, как кланяются старшему по возрасту:

– Куда? – встрепенулся Додон.

– Руд и Медея уехали к себе, – сказал Мрак, – но Горный Волк, как все говорят, готовит войско. И скоро ударит.

Лицо Додона искривилось. День начинается с плохих новостей.