Мрак

Если боги вас не сотрут с лица земли, то сами друг друга продадите чужеземцам. Ладно… Сможете выбраться дальше? Я оставляю вам этих коней. Скоро по дороге проедет тцар со своими боярами. Присоединяйтесь к ним, там будете в безопасности.

Вторая женщина с благодарностью простерла к нему руки:

– Спасибо, добрый человек! Пусть боги вознаградят тебя.

– Это лишнее, – отмахнулся Мрак. – Если хотите, я вас выведу на дорогу. На коней-то сами взберетесь?

Не дожидаясь ответа, помог взобраться на коней, выбрал самых смирных.

– Как зовут тебя? – спросила первая женщина.

– Что в имени моем, – отмахнулся Мрак. – Я простой человек из Большого Леса, зовут меня Мрак. Путь мне отмерен, час мой близок. Но другие пусть живут, пусть греются на солнце.

Первая женщина сказала медленно:

– Я слышала о тебе, человек из Леса.

Вторая взяла поводья в руки, легонько тронула коня шагом. Голос ее дрогнул:

– Не знаю, надо ли такое говорить… Но этот ребенок может стать твоим убийцей.

Первая женщина вскрикнула со страхом:

– Почему? – удивился Мрак. – Почему он должен хотеть хотеть убить?

– Он сын твоего злейшего врага.

Мрак протянул насмешливо:

– Только и всего-то? Да у меня этих врагов больше, чем блох на дворовом псе. А дети за отцов не отвечают.

Он потрепал мальчишку по голове. Тот застенчиво спрятал лицо у него на животе. Тонкими детскими ручонками обнял, не хотел отлепляться.

– Но он сын твоего врага, – повторила женщина, которую назвали Писканей.

– Ага, – сказал Мрак понимающе, – значит, я должен его сейчас же убить?

– Писканя… – простонала женщина с тоскливыми глазами.

Мрак передал ей мальчишку, на ее лице метался сильнейший страх. Мрак сказал ободряюще:

– Даже если ему суждено убить меня, если так записано в Книге Судеб, то и тогда я его даже пальцем не трону. Дите ведь! Убьет так убьет. Значит, таким вырастили.

Они протиснулись сквозь узкий проход в скалах, а дальше открылась дорога вдоль отвесной горы.

– Во-он едут люди!.. Пышные, богато одетые, на сытых конях с красными попонами. Это тцар с боярами. Вон его коляска, видите? Езжайте к ним, падайте ему в ноги. Когда это прилюдно, он не откажет: даст помощь. А я должен поспеть раньше их.

Он повернул коня. Первая женщина молчала, смотрела исподлобья. На рано постаревшем лице большие печальные глаза казались единственно живыми.