Мрак в конце тоннеля

Да и не как будто, а стерли… Людей так зомбируют – вычищают сознание и кодируют на убийство. Или на работу…

– А я здесь при чем? – с упреком, но при этом и с интересом спросил Костя.

– Калистратов тебе звонил.

– Калистратов, мне? Когда он мне звонил?

– Не звонил он мне три дня назад.

– Да не звонил он мне никогда…

– Ну, это смотря какой Калистратов…

– А зовут его как? – спросила Вика.

Я смог установить личность Гоги еще до того, как отправился к Мурзину. Только его самого взять не смог. Удрал он и в своей квартире не появился.

– В девяносто пятом.

– А я в девяносто восьмом… Все сходится. Да, это наш Гоша…

– Ты же на филологическом училась?

– Да, но компания у нас была одна… Не скажу, что я была в доску своей в этой компании…

– Да, но с Женей дружила крепко, – с упреком и ревниво посмотрел на нее Костя.

– Что за Женя? – спросил я.

– Ты Пинкертон или где? Чужие досье составляешь, а про жену ничего не знаешь… Э-э, про бывшую жену.

– Ну был у меня роман с Женей, ну и что? – напористо посмотрела на мужа Оксана. Затем перевела взгляд на меня. – И ты знал, что я не девочкой за тебя выходила…

Я обескураженно развел руками. Что было, то было.

– Ты ничего не спрашивал, я ничего не говорила. Это нас, кажется, устраивало.

Я и не пытался просвечивать прошлое Оксаны. Вот если бы была машина времени, тогда бы я смотался к ней в студенческую общагу и с удовольствием намял бы бока Жене; ну, может, и еще кому-то, кем увлекалась Оксана.

– А кого-то не устраивает, – с упреком посмотрела на мужа Оксана.

– А ничего, что я этого Женю сто лет знаю? – напыжился Костя. – А знаешь, как я ему завидовал, когда он тебя к себе домой приводил… Идете через двор, а я… Э-э, я думаю, нам эту тему закрыть надо.

– Ну почему же? Мне всегда интересно было знать, как Оксана с тобой снюхалась, – так же нахохленно глянул я на него.

– Никто ни с кем не снюхивался! – возмущенно вскинулась она. – Мы с ним случайно встретились, в городе, он меня в ресторан пригласил, а я ему от ворот поворот. Потому что тебя любила… А ты как тот кобель со своей бляндинкой!.. Не было бы у нас ничего с ним, если бы ты человеком был!

Я уныло вздохнул, капитулируя перед ее гневом. Да, сам, своими руками разрушил свое счастье.