Мраморный рай

Сергей, как одержимый, пополз к своему убежищу, ухватился за черный бетонный угол руками, стал подтягивать тело… Все решали мгновения… Он чувствовал, как чьи-то костлявые руки — не самой ли Смерти? — отдирают его пальцы от бетона… и тут же, собравшись, бросил тело вперед, толкнулся руками, ударил в темноту выемки ногой (раздался вопль, едва слышимый за нарастающим гулом). Сергей вжался в нишу…

И в тот же миг огненный столб, ревя, воя, плюясь камнями, обдавая нестерпимым жаром (Сергей закрыл лицо руками), захлестывая щупальцами пламени, медленно и величаво, как истинный властелин туннеля, прошел по тому самому месту, где Сергей только что находился.

На миг Сергей почувствовал себя в аду… И провалился в небытие.

— Нет тут никого, — сказал Макс.

Сергей в обнимку с сыном сидел, прислонившись спиной к правой стене туннеля. Мальчик прижимал к лицу отца марлю со слабым раствором перекиси из аптечки, полученной в «Новогиреево». В воздухе стоял жар от прокатившегося «дыхания дракона». Макс в обожженном до черноты на спине, ягодицах и икрах камуфляжном костюме, кряхтя и матерясь, лазил в нише, светил фонарем.

— Нет тут никого, — повторил он. — И, скорее всего, не было никогда.

— А ногой в морду я сам себя двинул… — устало и невнятно прошамкал Сергей из-под марли.

Макс опять закряхтел, заматерился, но вылезать не спешил.

— Задница не горит? — спросил Сергей ехидно.

— Уж сгорела вся, — ответил Макс беззлобно и показался наружу. — Кое-что нашел… Посмотришь? Да отпусти ты его! — сказал он Денису.

— Не могу, — твердо сказал мальчик. — Папа ранен.

— В голову. Давно, еще при рождении. Он не ранен, он с раной. — Макс хрипло хохотнул.

Звучало похабно, но не обидно.

Сергей отодвинул руку сына, не с первого раза поднялся и пошел к противоположной стене. Макс посветил ему в лицо и сказал:

— О-о… И так-то писаный красавец, а теперь вообще все девки твои…

— Я их буду завлекать и уговаривать, чтобы тебе порты на заднице штопали, авось, какая-нибудь дурочка поведется, — парировал Сергей и опустился на корточки.

Максов фонарь осветил довольно глубокую — в ней легко могло поместиться трое человек, — но небольшую по ширине и высоте нишу в бетонной стене. Ниша действительно была пуста, спрятаться в ней было негде.

— Смотри сюда, — сказал Макс.

Он заскользил лучом по стенам, освещая пустые пыльные бетонные поверхности… и вдруг луч словно провалился. В углу, у самого пола, обнаружился незаметный лаз. Макс очертил лучом его контуры.