Мраморный рай

Я не знаю, зачем… И кто. Убирают свидетелей. Неандертальца того стрелой в спину. Стрелой! Помнишь, перед самой деревней амазонок? Стрелой, как и этого Литягина. Допустим, дверь в подвал у Тихона открыли тоже они…

— Может быть, мы им живыми нужны, — прокручивая в памяти события последних недель, предположил Сергей. — А может быть, не все мы? И кого именно из нас они преследуют? Это ведь ты был на задании, ты, весь из себя засекреченный, Макс, ты, а не мы!

— Знаешь, что?! — обозлился тот. — Нечего валить с больной головы на здоровую!

Сам подумай! — заупрямился Сергей.

 — Это дело рук профессионалов! Там целая команда действует! Убивает людей, похищает… Пробираются в укрепленные объекты незамеченными… Сказать тебе? Ты убегаешь от кого-то. Насолил каким-то серьезным парням и дал деру. Это тебе надо спешить, Макс, а не мне! Потому что, если ты будешь оставаться на месте, тебя достанут и…

— И что же я, сам им в лапы иду? — усмехнулся Макс.

— Устал прятаться, хочешь разобраться!

— Что же тогда не меня стрелами в поле утыкали, а неандертальца с дубиной? Две в спину, две в шею.

А ты бы даже и не услышал ничего, шел бы себе дальше, пока тебя удильщики не заудили… Серьезные люди в серьезном мире…

Макс крякнул, повернулся и зашагал по туннелю, светя лучом по стенам. Сергей и Денис поспешили за ним. Н-да, думал Сергей, Шерлок из меня ни к черту.

— Но кто?! Кто тогда? Что за странная логика у них? Что им от нас нужно?!

Макс молчал. Денис, на которого Сергей тоже на всякий случай бросил вопросительный взгляд, только пожал плечами.

Впереди показался тусклый свет станции «Шоссе энтузиастов». Макс замедлил шаги, раздумывая о чем-то. Он смотрел на Дениса. И, когда заговорил, тоже обращался к нему.

— Послушай, дружище, а может, ну его в баню, этого Возницына? Зачем он нам нужен? Попытаемся обойтись без него, а?

Сергей от таких слов чуть было не лишился чувств.

— Ты что, издеваешься?! — Он переводил взгляд с Макса на своего сына и обратно.

 — Какого же черта ты меня сюда потащил? Возницын… Это моя единственная, понимаешь ты, единственная надежда! Мы что тогда сюда шли? Зачем через огонь этот… Вообще из колонии… Жизнью сына я зачем…

А Денис смотрел только на Макса — серьезным, сосредоточенным, вовсе не детским взглядом; казалось, он отлично понимает, что имеет в виду этот большой, сильный человек. Понимает, но ответить не решается, обдумывает, взвешивает.