Мраморный рай

Один раз оглянувшись, Сергей не увидел уже города — везде, куда доставал глаз, были серые снежные поля. Наверное, давно, до Катаклизма, здесь проходили дороги, какие-то коммуникации, ездили рейсовые автобусы, гоняла на великах детвора… Сейчас поля и серый снег с голубоватым отливом.

Впереди и чуть правее возникла и начала медленно приближаться темная точка. Сергей показал на нее Максу. Тот отмахнулся. Правильно: сосредоточиться на том, чтобы дойти, а там увидим, что это такое.

Споткнувшись, Денис упал глубоко в снег.

Абориген подскочил к нему, заухал зло, замахал своей огромной дубиной… И тут перед ним возник Ангин. Оттолкнул дикаря, наставил на него ствол, вытащил мальчишку…

— Не надо, дядя Ангин! — сказал мальчик. — Он не на меня злится. Он предупреждает, что надо скорее вперед идти, что нельзя задерживаться!

Абориген, отодвинутый волосатым караванщиком, ухнул оскорбленно и затрусил сзади. Мол, идите сами как хотите, раз меня не слушаете.

Темная точка справа превращалась в стоящие в ряд вышки линии электропередачи.

Как-то странно они расположены, подумал Сергей, посреди пустого пространства, ни к чему не привязаны. Хотя, возможно, раньше и примыкали к чему-то, к городу, например. Но столько всего произошло за эти двадцать лет.

Некоторые вышки заканчивались странными утолщениями, навершиями; и черт знает, что это было такое. Группа с каждой минутой приближалась к вышкам, и вскоре стало казаться, что на вышках выстроены деревянные дома. Мне это мерещится, подумал Сергей. Впрочем, если это покинутая деревня на бывших вышках ЛЭП, возможно, в ней можно будет отыскать уцелевший дом и даже отдохнуть, переночевать, а завтра с новыми силами тронуться дальше в путь.

И, стоило ему успокоиться — случилась первая неприятность.

Абориген вдруг отстал, и сначала никто не обратил на это внимания: путники привыкли к его суете. Но Макс, случайно оглянувшись, остановился и дернул Сергея за рукав. Вместе они вернулись назад.

Абориген лежал лицом вниз в колее, которую протоптали путники.

Из его тела торчало четыре стрелы: две, пробившие насквозь, из горла, две — из-под левой лопатки.

Сергей с тоской и страхом огляделся вокруг. Ни души. Что ж за враг такой? Невидимка? И почему убил именно молчуна-долинного, а не кого-то из беглецов?

Макс, подобрав дубину, постоял над телом с минуту и махнул рукой — надо идти.

Снова двинулись, постепенно забирая вправо, в сторону вышек.

Впереди из облаков вывалилась большая стая птиц и понеслась к людям.