Мщение справедливо

И тут в Веронике появился червячок сомнения:

– Дайте ваш номер, я вам перезвоню.

Гуров схватился за голову, первые три цифры МВД были всем хорошо известны, а телевидение совсем в другом районе Москвы. Татьяна мазнула рукой и покрутила пальцем у виска.

– Да, я слушаю, – сказала Вероника. Татьяна продиктовала номер диспетчерской, сказала, чтобы спрашивали режиссера Ташкову.

– Вам скажут, что у меня дома пожар, так дома в порядке, я бегаю по студии, выбиваю просмотровый зал. Пропуск я вам закажу, приезжайте.

Дежурный на контроле будет знать, где я в данный момент. – Татьяна положила трубку, взглянула на Гурова. – Думаешь, только у тебя запарки и кризисы?

Гуров проследил, как мадам Ждан прыгнула в машину и умчалась на телевидение, был невежлив с вахтером, который хотел выяснить, в какую квартиру направляется «посторонний».

– Я не сомневался, что ты вернешься... – Ждан открыл Гурову дверь, последние слова у хозяина не получились.

– Я не грабитель! – Гуров втолкнул Ждана в квартиру, достал удостоверение.

 – Полковник Гуров. Нас сегодня грубо прервали, а мне нужно продолжить разговор.

Юрий Олегович Ждан походил на ученого, каким его изображали в наших картинах 30 – 40-х годов: очки, спадающие на лоб волосы, раскоординированные движения, смущенная улыбка. Гуров прошел за хозяином в кабинет, закрыл за собой дверь, спросил:

– В квартире никого нет?

– Я ничего не скажу! – Ждан сел за стол, скрестил рук.

– Вообще ничего? А «здравствуйте»? – улыбнулся Гуров.

– Простите, Юрий Олегович, я не ворвался, а вошел. Вы мне звонили, хотели сообщить нечто важное, но нас разъединили. – Гуров осмотрел кабинет, увидел на стене огромный портрет красивой женщины с полу – обнаженной грудью и злыми глазами.

– Ваша жена? Очаровательная женщина... И Так что вы хотели мне сказать и не успели? Вы начали говорить, что получили странное письмо.

Это была дешевая уловка, ни о каком письме Ждан сказать не успел.

– Простите – нервы, – пробормотал Ждан.

 – Тяжелый день да еще простуда. Он неестественно кашлянул.

– Какое письмо вы получили? – повторил Гуров, прекрасно зная подобную категорию людей, способных вывалить все сразу или упереться и отрицать очевидное.

– Куда и зачем вы увезли мою жену? Я не жил в тридцать седьмом, но наслышан достаточно. Значит, все начинается снова?

Гуров понял, что проиграл. Слабый с виду человек уперся и не отступит.

– Я не знаю, куда поехала ваша жена...