Мщение справедливо

Так вот я, полковник Гуров, сыщик с более чем двадцатилетним стажем, отвечаю, что при данном раскладе на девяносто с лишним процентов убийство организовал хозяин шалаша, фотограф, который темным ненастным вечером вывел жертву и: под пулю киллера. Если у вас есть вопросы, я попытаюсь на них ответить.

– Мальчишка! – на пороге появилась мадам. – Раз ты изволил приехать, подыми жирный зад, взгляни на кабинет, который тебе отгрохала твоя женушка!

– Мадам, будьте любезны, выйдите отсюда и прикройте за собой дверь плотно.

 – Барчук выбрался из кресла, распрямился, одернул пиджак, даже поправил галстук.

Супруга вылетела, хлопнула дверью, тут же приоткрыла ее, вновь закрыла, уже тихо и аккуратно.

Барчук разительно изменился: фигура собранная, движения неторопливые, четкие, лицо мужественное, даже интересное, – словом, хозяин превратился в чиновника высокого ранга, человека волевого и думающего.

– Вам, господа, нельзя, а мне сейчас так просто необходимо. – Он открыл дверцу бара, взял, не глядя, одну из бутылок, плеснул в хрустальный стакан, выпил.

Крячко наблюдал за Барчуком с любопытством. Гуров смотрел в окно, проверял, как закрываются и открываются жалюзи.

Хозяин взял со стола радиотелефон, набрал номер, соединившись, сказал:

– Вадим, это я. Заболел, сейчас нахожусь за городом, вернусь в квартиру позвоню. Все отмени, где следует, извиняйся, где можно – надави. До завтра, я оставляю тебя за старшего. Все! – И вернул аппарат на место.

– Лев Иванович, вы нарисовали мрачную, но достаточно реалистичную картину.

 – Барчук собрался выпить еще, но удержался, закрыл дверцу бара. Меня предупреждали... Гуров... Гуров... Честно сказать, как человек, ни в чем не виноватый, я не испугался и не внял предупреждениям. У меня к вам лишь один вопрос.

Гуров перестал баловаться с жалюзи, повернулся, кивнул:

– Слушаю вас внимательно.

– Вам, опытному сыщику, не кажется, что против меня улик слишком много?

– Извините, Анатолий Трофимович, но улик, как и денег, слишком много не бывает, – неожиданно вмешался Крячко.

 – Не хватает, такое случается. А слишком много? Такого не припомню.

Барчук взглянул на Крячко и брезгливо поморщился. Станислав решил, что Гурову полезно передохнуть, изобразил на лице обиду и продолжал:

– Я в сыске, конечно, не Гуров, но и не шестерка. А они, – Крячко кивнул на друга, – не президент, потому рядом с собой ни холуя, ни дурака держать не станут. А чтобы мои слова не выглядели пустым хвастовством, подброшу вам пустяшный вопрос.