Муассанитовая вдова

Мы все так же шли на звук, Селеста приплясывала и почему-то смеялась.

– Никогда не ходила в ночной клуб, представляешь? – заявила, неожиданно обогнав меня и встав спиной вперед.

– Представляю. – Улыбнулся, глядя, как сияют глаза из-под золотистой челки.

Несмотря на то что Селеста практически всегда вела себя сдержанно и благоразумно, периодически в нее вселялся сущий ребенок, который хотел бегать, веселиться и совершать глупости. Я был шокирован, когда две недели назад она скинула обувь и прямо в одежде нырнула в лесное озеро – мол, вода теплая, а она давно хотела поплавать в открытом источнике.

Пришлось спешно плыть за девушкой, возомнившей себя русалкой. Одной Вселенной известно, каких внутренних усилий мне стоило вернуть Селесту на берег в мокрой футболке, облепившей все тело…

– Аккуратнее, Селеста! Тут не везде наливной асфальт, каблук может зацепиться за выемку или камень…

– Не зацепится. Как хочу, так и иду, – упрямо ответила она, так и двигаясь спиной вперед, но уже медленнее. – А если упаду, это будут последствия моего решения.

Спорить было не время и не место. Внутреннее чутье подсказывало, что Селесте важно идти так, как играют дети, и это своего рода проверка – разрешат родители проказничать или нет. С Фьенной такое тоже случалось, но чаще выливалось в капризы более глобального и опасного порядка типа «отвези меня на планету с ядовитыми парами». До тех пор пока нет угрозы жизни и здоровью – почему бы и не побыть ребенком?

Мы шли, неотрывно глядя друг на друга. Музыка становилась все громче, до угла, где располагался вход, оставались считаные метры.

Захухря стала оборачиваться, неловко запнулась, взмахнула руками… Разумеется, я поймал ее, так как пристально следил за каждым движением. Селеста оказалась в кольце моих рук. Пухлые розовые губы изумленно приоткрылись, меня обдало ее свежим и теплым дыханием. Похоже, она даже не поняла, что произошло.

– Я просил не идти спиной именно поэтому. Чтобы ты не упала. – Улыбнулся, глядя в глаза невероятного оттенка крепкого кофе.

 – Это называется заботой.

Селеста нахмурилась, хотела что-то сказать, но в этот момент я почувствовал целую волну накладывающихся друг на друга бета-колебаний, до гадливости неприятных, тошнотворных. Как будто меня вновь на корабль к космопиратам занесло. Я резко поднял взгляд и увидел, как пятеро подвыпивших рептилоидов буквально вывалились из заведения, куда мы направлялись. Они еще не заметили нас, а Селеста – их, но рога подсказывали – у нас неприятности.