Муассанитовая вдова

А ведь случись этот разговор с Мартином семь лет назад, рвала бы и метала…

– Леди Гю-Эль, пожалуйста, не воспринимайте все так остро. – Док покачал головой. – Просто, как выяснилось, вы достаточно долго проживали с цваргом. Этот мужчина ранее был осужден за жестокое обращение с женщиной. Я опасаюсь, что он мог воспользоваться природными способностями, чтобы принудить вас…

Док отвел глаза. Очевидно, он имел в виду принуждение к интимным отношениям, но не знал, как вежливо сообщить пациентке. Я мысленно хмыкнула, отмечая румянец дока.

После прямолинейных и простоватых фраз Гутрун «мужика тебе надо» завуалированная речь цварга казалась смешной. Здоровенный взрослый мужчина, наверняка уже перевалил за сотню лет, еще и док, а изъясняется словно невинная дева. И ведь знает, что я была замужем…

– И что ждет цварга, если выяснится, что он оказывал ментальное воздействие на цваргиню? – заинтересовалась я вдруг.

Док на миг растерялся.

– Если регулярное воздействие, еще и с последствиями для цваргини – казнь, разумеется.

Я кивнула, словно знала об этом заранее, хотя никогда особо не интересовалась законами, на это у меня всегда был личный консультант в лице Мишеля.

– А разовое ментальное воздействие можно отследить?

– Разовое… вряд ли. – Мужчина растопырил фиолетовую пятерню и задумчиво почесал затылок. – Конечно, зависит от того, насколько оно было сильным. Если налицо необратимое искажение структуры мозга, тут без вопросов. Но вы не волнуйтесь, если воздействие бета-колебаниями было ежедневным, да на протяжении минимум полугода, как в вашем случае, мы совершенно точно определим это после медицинского исследования и заставим мерзавца отвечать за содеянное! К тому же вы потеряли сознание в присутствии стольких свидетелей! Это первый звоночек, что на вас кто-то оказывал влияние… Мне отправить сигнал в клинику, чтобы подготовили палату?

– Спасибо, не стоит.

Я еще подумаю.

Док замер с пищевым анализатором в руках и нахмурился.

– Госпожа Гю-Эль, вы перенесли сильнейшее нервное потрясение, и если речь идет о том, чтобы наказать подонка, уверяю…

– Спасибо, я подумаю, – повторила с нажимом.

 – Идите.

Когда дверь за доком закрылась, я рухнула на кровать. Мысли о Льерте причиняли столь мучительную боль, что стоять на ногах не получалось. Я не считала Льерта преступником, да и его воздействие на себя наверняка ощутила бы. За годы первого брака я научилась отделять мельчайшие бета-волны, посланные в моем направлении.