После этого можно было попробовать убежать. Хос не знал, догонит его шакал или нет. Скорее да: Хос уже давно охотился только ради забавы и перестал выжимать из своего тела все его силы, чтобы нагнать особо увёртливую дичь.
Попятившись ещё на два шага, Хос рискнул и перекинулся. Шакал застыл в недоумении. Друг с другом бронианы дрались редко, но уж если дрались, то не в человечьей форме — у неё и шкура тоньше, и зубы мельче.
— Говорить, — просипел Хос, изо всех сил надеясь, что этот шакал понимает по-человечески хоть сколько-то, потому что языка шакалов Хос не знал.
— Говорить.
Шакал порычал ещё, подошёл ближе к щенкам и принюхался. Потом сел и наконец обернулся.
В человеческой форме он оказался мелким молодым парнем с выгоревшими волосами, в драной бывшей синей майке и джинсовых шортах, наверняка украденных у кого-то с бельевой верёвки — слишком они были целыми для выброшенных."
"— Зачем обидел? — рявкнул шакал высоким, ломающимся голосом.
— Не обижал, — раздул ноздри Хос. — Спал. Сами пришли.
Он знал, что этого недостаточно, потому что щенки вопили, а значит, всё-таки обидел.
Но он не знал, поверит ли шакал, если Хос скажет, что они просто испугались, когда он фыркнул.
— Прижал случайно, — соврал он. Врать его учил Мангуст, так что Хос делал это профессионально: уши не прижимал, глаза не жмурил.
Шакал медленно присел, протянул руку и ощупал каждого щенка, не сводя взгляда с Хоса.
— Шкура холодная, — наконец сказал он. — Рыл нору?
Хос мотнул головой. Шакал, должно быть, решил, что Хос спал под землёй.
— Тряпка сама холодная, — сказал он. — Человеческая. Бери. Года два будет холодная, если не мочить.
Во всяком случае, обычно человеческие штуки работали именно так.
Тут из травы вынырнул второй оскал, а за ним и шакал, но, увидев своего приятеля в человеческой форме, притормозил. Они обменялись кратким перерыкиванием и поскуливанием. Новый шакал принюхался в сторону Хоса и затряс ушами.
— Ты с людьми, — перевёл первый. — Зачем здесь?
— Строить что-то хотят, — пояснил Хос.
— Ищут место, чтобы никого не обидеть.
Шакалы зафыркали и по очереди глянули поверх головы Хоса туда, где люди, надо надеяться, убирались в унгуц.
— Завтра приходи, — сказал первый. — Позовём старшего, с ним говори.
Хос неслышно выдохнул.
— Старший человек будет говорить, — сообщил он, чтобы это не оказалось неожиданностью.
— Не кот? — сощурился шакал.
— Старший кот далеко, — объяснил Хос. — Я за него. Чтобы… — он замялся, подбирая слова, понятные шакалам.
