Онлайн-библиотека книг
Кстати, как вам чаек?
Сообразив, в каком «супермаркете» дедуся отрыл заварку, я испытала огромное желание выплюнуть напиток, но отчего-то машинально проглотила его и заявила:
– Восхитительно горячий!
Дедуля ласково улыбнулся:
– Разрешите представиться, мадам, Андрей Архипович Кутякин, актер Московского Художественного академического театра.
Я подавилась новым глотком чая, закашлялась, затем уточнила:
– МХАТа? Которого?
– Что значит «которого», мадам? – возмутился Кутякин. – МХАТ, как и Советский Союз, один!
Я приоткрыла рот и осторожно сказала:
– Понимаете, МХАТа теперь два, а Советский Союз, он того, развалился, причем довольно давно!
– Действительно, – хлопнул себя по лбу Андрей Архипович, – запамятовал.
– Как же вы тут оказались! – изумилась я.
Андрей Архипович старательно пригладил бороду.
– Заболел! Мучился долго, а когда в себя пришел, из храма Мельпомены меня выгнали, пришлось сначала Христа ради по знакомым побираться.
– Нет, – покачала я головой, – приехала сюда, чтобы отыскать Ирину Малову с дочерью, но, похоже, зря проделала путь.
– И кем вы Ирочке приходитесь? – заинтересовался Андрей Архипович.
– Вы знали Малову? – обрадовалась я.
– Как же, – кивнул старичок, – через забор жили! В Веревкине все друг у друга как на ладони были! А что за печаль привела вас, мадам, сюда? И вы так и не назвали своего имени?
– Зовут меня Виолой, а фамилия слегка смешная – Тараканова, – ответила я.
– Замечательная фамилия, – кивнул дедуля. – Так по какой причине вы направили свои легкие стопы в Веревкино?
Голубые глаза Андрея Архиповича были полны нежнейшего участия, мне неожиданно стало жарко, уютно и очень хорошо.
– Я занимаюсь написанием детективных романов, – вдруг призналась я.
– Восхитительно, – прошуршал старичок.
Я одним залпом допила чай и стала рассказывать приветливому старику о своих злоключениях.
Андрей Архипович, не перебивая, выслушал меня, потом спокойно сказал:
– Мадам, вы были со мной откровенны, теперь черед моего рассказа. Думается, он может вам оказаться полезен. Наберитесь терпения, повествование долгое, но торопиться вам некуда, вечерняя лошадь поедет к станции лишь в шесть часов. Я имею в виду рейсовый автобус. Так я начну?
– Сделайте одолжение, – кивнула я и чихнула.
