После общения с Трентом я уже знала, что вежливость и бесстрастность шефа Дордана куда опаснее, чем любые угрозы.
На следующее утро все пошло по заведенному порядку: нам читали лекции, и я на них присутствовала, но подсознательно все время ждала, что грянет гром.
Я решила, что гроза началась, когда за мной днем пришла машина, чтобы отвезти меня в суд, где проводилось второе дознание,— на этот раз «в округе, где умерла усопшая». Но нудное формальное заседание искусно обошло все подводные камни и не коснулось опасных зон.
Я отвечала на те же вопросы, что мне уже задавали до этого. Мистер Эппл информировал присутствующих о финансовом положении Грейс. Лейтенант Трент как представитель нью-йоркской полиции дал формальные показания. На меня он ни разу не взглянул.
Присяжные снова вынесли вердикт: «Убийство неизвестным или несколькими лицами»."
"При выходе из зала суда меня поджидал мужчина средних лет с седеющей головой — представитель страховой компании, ведающей полисом Грейс. Он долго и утомительно вежливо пытался убедить меня, несмотря на вердикт, что Грейс могла покончить с собой.
Как и предсказывал лейтенант Трент, этот инспектор придавал особое значение письму, разорванному Нормой, тактично намекая на то, что в нем Грейс могла сообщить брату о своем намерении уйти из жизни. Я заверила его, что читала письмо, и могу поклясться: в нем не было ничего даже отдаленно похожего на эго.
В тот вечер Джерри вышел из больницы. Доктор Баркер сомневался, сможет ли он ходить, снова не повредив колено, но Джерри наотрез отказался от постельного режима.
Я была с ним, когда он вышел, опираясь на костыль, похудевший и усталый.
Разумеется, он слышал о нашем открытии в карьере. Идя с ним через кампус к Брум-холлу, я чувствовала непреодолимое желание излить ему свою душу и выложить все, что мне известно, однако удержалась — не хотела подводить доверившихся мне людей.
Когда мы дошли до Брум-холла и уже простились, Джерри внезапно окликнул меня и негромко спросил, не пойду ли я завтра на похороны вместе с ним.
По его просьбе время похорон держалось в тайне, чтобы не явилась толпа праздных любителей острых ощущений. Даже руководители колледжа не были приглашены. Мы с Джерри вдвоем поехали в местную церковь, прослушали короткую заупокойную службу и видели, как гроб опустили во влажную весеннюю землю. У меня на глаза навернулись слезы. Джерри сжал мою руку, и я подумала: если бы на этом все закончилось! Грейс чувствовала себя несчастной и теперь обрела желанный покой.
