Мисс Хау как раз вышла из будки телефона-автомата, подошла к машине и что-то сказала этому парню, потом поспешила ко мне. Она сунула голову в окошко и заявила: «Все в порядке, мистер Локвуд, вам больше не стоит из-за меня задерживаться. Можете уезжать». Представляете? Ни слова благодарности! Потом еще чище: «Теперь я не нуждаюсь в ваших услугах».
Вряд ли следует говорить, что я не стал задерживаться. Судьба избавила меня от Грейс Хау. Как только мне наполнили бак, я развернул машину и помчался в Нью-Йорк, но эта девица и во сне преследовала меня.
Только вчера...
— Прежде чем мы займемся вашими снами, мистер Локвуд,— прервал его Трент,— мне хотелось бы знать, располагаете ли вы какими-то фактами, кроме ваших предположений, что мужчина в машине был именно тем лицом, с которым Грейс намеревалась встретиться?
Но тут я не выдержала:
— Это неправда! Вы не должны даже намекать на то, что у Грейс было назначено свидание с этим человеком! Стив не мог писать ей те многочисленные письма. Он не был влюблен в Грейс, он.
.."
"— Если он и не был влюблен,— холодно прервал меня Локвуд,— то, должен заметить, был удивительно заботлив и внимателен. Пошел дождь, когда я отъезжал от бензоколонки. Грейс стояла возле машины этого парня. Он помог ей снять меховую шубку, а вместо нее накинул ей на плечи красный плащ, лежавший у него на заднем сиденье. Плащ очень яркий, из непромокаемой ткани, насколько я мог судить.
Глава 17
Лейтенант и Дэвид Локвуд продолжали беседовать. Я слышала, как Трент убеждал актера немедленно отправиться в полицию и сделать там соответствующее заявление.
Актер же твердил, что он занят в вечернем спектакле «Микадо» и не может отлучиться.
Но все это было лишь смутным фоном: я думала о Стиве Картерисе.
С самого начала дело оборачивалось против Стива, а когда выяснилось, что загадочный красный плащ был у него в машине и что он забрал мою шубку, его положение стало еще хуже. Впрочем, меня больше мучило то, что Стив поклялся, будто рассказал мне все, известное ему о Грейс Хау, однако утаил столь важные факты.
Потом мне в голову пришла новая мысль. Стив был в кого-то влюблен, о ком не хотел говорить. Допустим, плащ принадлежал этой девушке, а она каким-то образом была причастна к случившемуся. Ради нее он и молчал так упорно.
Лейтенант Трент подозревал правду о красном плаще с самого начала. Он только ждал, когда у него в руках появятся козырные карты. Теперь он был готов к допросу, и Стиву придется туго.
