Тем не менее мне пришлось проехать еще с полмили прежде, чем снова встретить эти следы. Пенелопа пользовалась каждым клочком земли, покрытым песком или скалами, чтобы не оставлять практически никаких следов.
Теперь стоило прикинуть, куда она едет. Ближайший город — Симаррон. Дальше через горы на север — Элизабеттаун, за ним — Таос. На каждой миле Пенелопу подстерегала опасность, однако ей нельзя было отказать в хладнокровии и смелости, к тому же у нее явно был план. Я догадывался, что она проедет Симаррон.
Да, эта девушка с Востока провела нас всех.
Одна-одинешенька упорно пробирается по нехоженым землям, обходя ловушки и оставляя в дураках ораву отпетых головорезов.
Теперь ее след был четким, я пустил по нему мустанга галопом. Пенелопа обгоняла меня на несколько часов, когда пересекла Канейдиан, но вела вьючных лошадей слишком быстро. Нести мертвый вес значительно тяжелее, чем всадника.
Эти места уже освоили скотоводы, и рано или поздно она должна повстречать ковбоев. Конечно же, встреча произошла, и Пенелопа опять поступила умно.
Она обменяла своих лошадей на свежих и быстрых. Но прежде чем совершить обмен, спрятала золото в холмах.
Прошло около часа с ее отъезда, когда я доскакал до лагеря этих пастухов и тут же увидел ее лошадей, пасущихся в табуне. Вид у них был загнанный.
Я не задавал никаких вопросов. Как всегда меня пригласили к костру перекусить. За едой предложили свежего коня и я согласился, хотя у меня не было ни малейшего желания бросать Серого. Я так и сказал этим ребятам.
Они обещали при первом удобном случае обменять любую другую лошадь на мустанга.
— Далеко едешь? — спросил один из ковбоев.
Я пожал плечами.
— Да. Собираюсь навестить родственников в Море. Их зовут Сэкетты.
— Слыхал. — Ковбой взглянул на меня с интересом. Тайрел и Оррин были известными людьми в Нью-Мексико.
Мне ни к чему было ставить в известность этих парней о том, что я еду следом за Пенелопой Хьюм. Они все равно бы ничего не сказали, поскольку наверняка приняли бы сторону симпатичной девушки, и я их понимал.
— К северу отсюда встретил нескольких всадников, — сказал я. — Кажется, они за кем-то охотятся.
Мне дали крепкого коня с примесью моргановских кровей, хорошего коня по любым меркам.
Выехав из лагеря, я скоро обнаружил место, где Пенелопа прятала золото, пока меняла лошадей. Здесь она снова погрузила его на вьючных животных и помчалась так, словно ее преследовал рой разгневанных пчел. Скорее всего старалась наверстать потерянное время.
