Руки беспомощно раскинуты, мертвенно-бледное лицо запрокинуто, зрачки закатились под веки. Какая-то женщина в цветастом платье, присев на корточки, щупала ему пульс.
– Где телефон? – кричала какая-то старушка. – «Скорую» нужно вызвать! Срочно!
– Уже поздно, он умер! – ни к кому не обращаясь, сказала женщина в цветастом платье. – Похоже, разрыв сердца…
– Надо найти документы, домой сообщить, – громко сказал Студент, наклоняясь над телом.
Он деловито осмотрел карманы брюк, демонстративно выворачивая каждый и складывая все найденное Сазану на живот.
Окружающие могли убедиться, что, кроме расчески, носового платка и тощего кошелька, в них ничего нет. На самом деле это было не так: там имелись и небольшие ключики на кольце, которые Студент ловко зажал в ладони.
– Документов нет! Но все равно, пойду позвоню в «Скорую»!
Проталкиваясь обратно сквозь толпу, Студент крепко сжимал в потной руке ключи. Он очень спешил, времени оставалось в обрез… Хорошо, что Сазан жил неподалеку. Взяв на привокзальной площади такси, Студент уже через десять минут подъехал к старой пятиэтажке из красного кирпича.
Оставив машину за углом, он поднялся по крутой лестнице на третий этаж. Быстро и бесшумно отпер новейшие «французские» замки, проскользнул в прихожую, приложив ухо к двери, вслушался – все спокойно. Квартира Сазана была с сюрпризом: обычная «двушка», обставленная если и не аскетически, то достаточно скромно, без излишеств. Но Студент бывал здесь с Антикваром и потому знал секрет этого жилища."
"Он отодвинул кресло, снял со стены ковер, за которым обнаружилась потайная дверь.
Третий ключ подошел к замку, и Студент словно оказался в запаснике крупного художественного музея: иконы, картины, серебряные и золотые украшения… На антикварном столе лежала старинная Библия и лупа. А вот статуэтка тончайшего китайского фарфора: узкоглазый, с отвислыми усами мудрец, скрестивший ноги в позе лотоса. Династия Мин: халат из красной глазури, штаны из голубой, золотые разводы – немереных денег стоит! Он толкнул искусно разрисованную голову, китаец послушно закивал.
В правом ящике должны храниться деньги… Так и оказалось. Двенадцать аккуратных пачек красных десяток в банковских бандеролях. Двенадцать тысяч!
Студент сложил добычу в бумажный пакет, туда же сунул две иконы. Руку прострелило болью, будто током прошибло. Как знак: пока хватит – жадность фраера губит! Сазан жил одиноко: ни друзей, ни родственников. На работе, правда, его хватятся, но не сегодня.
