Можно будет вернуться вечером с чемоданом…
Толпа возле «Ромашки» рассосалась, Сазана погрузили в глухой кузов труповозки, взвыв мотором, она уехала. Студент зашел в сквер. Матрос сидел на прежнем месте: вокруг все было заплевано, валялись десятки окурков.
Студент неспешно подошел, улыбнулся.
– Соскучился, брателло? – растягивая слова, издевательски спросил он. И, засунув руку в пакет, принялся выбрасывать на скамейку пачки червонцев – одну за другой. Матрос вытаращил глаза.
– Вот твои семь штук! Пересчитывать будешь?
Студент глянул на часы.
– У меня еще десять минут. И чего ты волну гнал, как нищий или голодный?
Он откровенно издевался, и в другой ситуации Матрос как минимум затеял бы драку. Сейчас он распихивал деньги за пазуху и по карманам и сделал вид, что ничего не заметил. Потому что почувствовал в Студенте качество, которое в их мире внушает страх больше, чем физическая сила: способность убивать! Раньше в нем этого качества не было.
Не дождавшись ответа, Студент с видом победителя направился к выходу из сквера.
Время от времени он поднимал руку и бросал непроизвольные взгляды на тускло блестящий черный камень. Похоже, перстень действительно фартовый! Вот только… Когда он совал в пакет иконы, палец у него будто огнем обожгло… Тогда, в горячке, не обратил внимания, а сейчас даже страшновато стало, хотя и белый день вокруг, да и вообще он никого не боится…
«Да, не простой перстенек, – подумал Студент. – Совсем не простой… Ну, да ништяк – прорвемся!»
Хотя о подлинной «непростоте» и силе перстня он даже не догадывался…
Часть третья
Ассасин Фарид
Глава 1
Школа изощренных убийц
1093 г.
Крепость Аламут
Горный район Западной Персии
Абу ибн Шама вошел в не очень большое помещение, каменные стены которого уходили высоко вверх и там плавно превращались в сводчатые арки. Он волновался, а оттого переминался с ноги на ногу, стоя на каменных плитах, по которым ступал сам шейх аль-Джабаль, глава Исмаилитского государства Аллам – Хасан первый ибн Саббах. От одного сознания того, что сейчас он сможет вблизи лицезреть Старца Горы, Абу поежился, сердце билось, как быстрые сабли в одном из самых сложных поединков «четыре руки»… Но любопытство пересиливало волнение, и он осторожно осмотрелся по сторонам.
Солнечный свет, проходя через три узкие стрельчатые окна, освещал более чем скудную обстановку комнаты. Да ее почти и не было, обстановки. Длинная низкая скамья вдоль стены под окнами, простой грубый стул с высокой спинкой возле письменного стола.
