Он осторожно наносил прозрачную жидкость из маленького пузырька на сверкающую кромку лезвия.
– Неужели?! – Фарид даже рот открыл от изумления.
Его опытные сверстники рассмеялись.
– Ты молод, брат, а потому мало знаешь. Если тебе повезет, то ты еще живым побываешь в раю!
– А… А вы… были в раю?
Оба кивнули.
– Конечно. Лучше рая ничего нет. Поэтому мы с нетерпением ждем дня, когда сможем туда попасть… И нам не страшны никакие пытки!
Розовощекий тоже смазал свой кинжал неизвестной жидкостью, дал ей высохнуть и осторожно вставил оружие в ножны.
– Спасибо, старшие братья! – склонился в поклоне Фарид и пошел восвояси."
"Услышанное не укладывалось в его голове. Когда легли спать, он шепотом рассказал все Ахмату. Другие ученики тоже долго шушукались. Многие прослышали, что Великий Шейх уже не раз возносился на небо и возвращался обратно, причем этому имелось множество очевидцев. Но все же молодые люди не могли представить, что воочию увидят то, о чем обычно рассказывают в сказках.
И все с нетерпением ждали завтрашнего дня. Постепенно сон сморил усталых после трудного дня молодых людей.
* * *Разбудил их протяжный звон утреннего колокола. На завтрак, как всегда, ели лепешки и пили зеленый чай. После этого они ощутили прилив сил и непонятный восторг. Потом учеников вывели на общий двор. Здесь уже собралось много народу: мужчины занимали правую часть площади, женщины стояли слева. Так бывало в Холле на праздники. Только сейчас не видно было ярких шелков, гладкого бархата, пушистых мехов, золота, рубинов и изумрудов… Темные хлопчатобумажные ткани, хиджабы и никабы, закрывающие женские лица и фигуры.
Выделялись белыми одеждами только будущие герои фидаины. Царило приподнятое оживление и нетерпеливое ожидание. Монотонные удары в барабаны нагнетали напряжение. Женщины плакали и неразборчиво причитали. Ровно в полдень на северной башне показался человек в черном халате и плаще. В руке он держал горящий факел. Толпа заволновалась, раздались восторженные крики:
– Алла! Алла! Слава Великому Шейху!
Люди отталкивали друг друга, подпрыгивали, чтобы было лучше видно, простирали руку к черной фигуре на башне.
Фарида тоже охватило истерическое возбуждение – он кричал и размахивал руками, рядом кричал и размахивал руками Ахмат, а вокруг делали то же самое остальные ученики.
Дул ветер, растрепывая белую бороду Великого Шейха, раздувая его черный плащ и зловеще играя желтым огнем факела.
