― Да!
― Я порву с ней. Два дня, Лана. Мне нужно всего два дня.
― Нет! Сегодня!
― Да какого черта с тобой произошло?! ― он в два шага оказался напротив меня, схватил за локти и тряхнул. ― Что, блядь, изменилось с сегодняшнего утра, когда ты мне писала сообщения о любви?!
― Все изменилось, Колин. Все. Нахрен. Изменилось.
В голове быстро пролетела наша встреча с Карен, и я осознала, что не ту тактику выбрала. Если он сегодня порвет с ней, то она потопит нас обоих. Нужно было срочно менять свои требования.
Я решительно выдернул руки из его хватки и сделала шаг назад.
― А знаешь? Не надо расставаться с ней. Я ухожу от тебя, ― я сделала еще шаг назад и стянула кольца с пальцев. Колин внимательно наблюдал за моими движениями.
― Ты, блядь, серьезно? ― скривившись, спросил он. ― Второй раз?
― Да, Колин. Да. Не хочу тебя больше видеть. Не могу, ― черт, «не могу», наверное, было лишним, оно оставляло ему лазейку к моему сердцу, которое мне надо было захлопнуть навсегда для Мастерса. ― На этом все.
Пожалуйста, не приезжай каждый день. Я подготовлю детей к этой ситуации.
Развернулась и пошла к двери.
― А что насчет меня, Лана?
― А что насчет тебя? ― я обернулась и посмотрела на него.
Перекошенное от боли лицо, хмурый взгляд. Такой сильный и мощный, и в то же время мужчина, которого я, кажется, ломала. Так хотелось плюнуть на все эти закулисные игры и броситься в его объятия. Еще секундочку, чтобы прочувствовать, как все могло бы быть между нами, если бы не обстоятельства.
Но я сдержалась и осталась стоять у двери в ожидании его ответа.
― Неужели меня так сложно любить, милая? ― тише спросил он."
"Я этого не ожидала и совсем не была готова. Такой мужчина, как Колин, не задает подобных вопросов, не раскрывает душу. Не хватает мое сердце и не сжимает до боли, пока не заканчивается кислород. Он действует всегда в своих интересах и добивается желаемого, идет напролом или ищет лазейки. Но вот сейчас он стоял передо мной с обнаженной душой, открытым взглядом и ждал ответа на вопрос, на который у меня был единственный ответ.
«Тебя легко любить, Колин. Легче, чем кого бы то ни было в целом мире».
― Тебя любить невозможно, ― вместо этого ответила едва слышно, но по тому, как он тяжело вздохнул, я поняла, что он услышал.
Когда я развернулась и побежала, сердце окончательно сгорело и превратилось в пепел. Оно стало прахом нашей любви и моего счастья. Полноценного, настоящего, пускай даже и украденного у Карен.
