Муж по ошибке

Я практически ничего не ела и не пила весь день, а на вечере вообще не притронулась к еде."

"— Принеси воду, — приказал Влад Мише, который подъехал спустя пару минут. Как ему только удалось сократить такую дистанцию?

Я делала глубокие вдохи ртом, чтобы подавить несуществующую тошноту. Влад подошел ко мне, положил руку на лоб.

— Как ты? Лучше? — в голосе его все еще слышался металл, но он хоть начал разговаривать.

— Чуть лучше, но еще тошнит, — тихо ответила. Мне хотелось живой и здоровой доехать до дома.

— Возьми, — забрав бутылку воды из руки Миши, он открыл и протянул мне.

Минут через семь мы тронулись. Влад немного успокоился.

— Тебе нужно обработать раны, — произнесла я.

— Дома обработаю. Ты нормально?

— Да.

«Нормально, пока мы едем, а не летим», — добавила про себя.

Мы приехали в городскую квартиру Влада.

— Свободен до утра, — кинул Влад охраннику. Взял меня за руку и повел внутрь.

Мы сегодня останемся здесь? Совсем одни? Сердце испуганно трепыхалось в груди. Мы вошли в лифт, который я украдкой рассматривала.

Просторный, чистый, стильный. Двери закрылись.

— Прости, Лина, — Влад навис надо мной. Я отступила и тут же прижалась спиной к стенке лифта. – Мне нужно успокоиться, — поднял за подбородок мое лицо. Его взгляд изменился, стал темным, обжигающим.

— Есть дома валериана? Нужно выпить штук шесть, — неуверенно звучал мой голос.

— Я знаю другой, более действенный способ. Ты лучше любой валерианы…

Наклоняется и целует. Никакой нежности. Страстный, жесткий, нескончаемый поцелуй.

Губы болели и одновременно сладко ныли. Я стала отвечать, только тогда Влад стал успокаиваться. Дверь лифта открылась. Мы еще несколько секунд стояли, прижавшись друг к другу.

— Давай обработаем раны, — произнесла, когда мы вошли в квартиру. Влад в таком состоянии, что одними поцелуями вряд ли успокоится.

— Идем в кухню. Сейчас достану аптечку.

Вымыв тщательно руки, я принялась поливать перекисью разбитые руки. Ни один мускул не дернулся на его лице.

— Подуть? – решила пошутить.

Влад кинул скептический взгляд, не выдержав, улыбнулась.

— Лина, прости за инцидент. Это моя вина, больше такого не повторится.

— Не повторится, потому что я больше никуда не пойду, — твердо произнесла.

— Пойдешь, Лина. Ты моя жена, и все это поняли. Слухи быстро распространяются, никто больше не посмеет тебя оскорбить, я обещаю.

— Влад, люди всегда будут говорить гадости. Кто-то в глаза, кто-то за спиной, такова человеческая природа.