Мне было ужасно больно. Мне было дико страшно за свою пока ещё нерожденную дочь, но я так же прикладывала все усилия, чтобы дать ей жизнь. Я делала всё, беспрекословно следовала всем требованиям Анастасии, чтобы в итоге увидеть её миленькое личико и услышать поскорее детский плач, на котором начнётся новый этап моей жизни.
Это были самые длинные и самые мучительные шесть часов, в результате которых я наконец-то услышала тот долгожданный плач своего ребёнка.
Это был самый лучший звук, который я когда-либо слышала.
Звук, который навсегда изменил ход моей истории. Он дал мне свободу и лёгкость. Он наделил меня всеобъемлющей любовью, о силе которой я даже и не догадывалась. Во мне родился трепетный восторг и душа наполнилась до краёв.
Я была счастлива как никогда. Это счастье пахло очень сладко.
— Поздравляю, Диана, ты справилась! Ты умница! — ликует Анастасия, резиновой грушей отсасывая слизь из маленького носика моей сладкой крошки. — Пальчики все на месте! Здоровенький мальчуган родился! Красавчик! Тьфу-тьфу-тьфу на тебя!
— Всё благодаря тебе.
Без тебя я не справилась бы, — мямлю я в полубреду, обливаюсь слезами счастья.
— Мама, принимай ценный груз, — шепотом она проговаривает, не сводя счастливых глаз с малыша.
Только когда она кладёт на мою грудь маленький, почти невесомый комочек, я осознаю, как глубоко заблуждалась в Эмире.
Я совсем не слышала его. Я не хотела его слышать. Он ведь всё знал. Знал, что у нас будет сын, но почему-то и не думал рассказать мне, ограничиваясь лишь намёками, которых я не понимала, потому что не хотела понимать.
Моё сердце разрывается от счастья. От любви. Дрожащим пальцем я обвожу его нахмуренные брови, сладкие губки, сложенные трубочкой. Я не могу остановить свои слёзы, которые уже начали скатываться с подбородка на личико моего сына.
Сын..."
"Четыре с половиной месяца я называла тебя своей малышкой, лучшей частью себя. Я называла тебя своей любимой дочерью, а ты оказался мальчиком. Самым чудесным мальчиком на свете.
— Мой мальчик, — выдыхаю я, целуя в лобик своё сокровище.
Прижимаю его к сердцу, боясь навредить. — У нас родился мальчик...
Эмир должен найти выход. Он просто обязан отыскать его! Хотя бы для того, чтобы просто взглянуть на нашего сына... на лучшую часть себя...
19. И счастье, и горе
— Девушки, к вам можно? — спрашивает Шах, впервые после родов показавшись в каюте.
Малыш возле меня. Он сладко сопит в импровизированной люльке, сделанной из чемодана и нескольких подушек.
