Муж в наказание

Могу лишь помотать головой, но как-то неуверенно, словно сама сомневаюсь.

Эмир подхватывает мою ладонь и, не сводя с меня глаз, оставляет поцелуй на тыльной стороне. Что-то вроде его фирменного жеста любезности, чтобы усыпить бдительность.

Кожу покалывает, пальцы сразу немеют.

— Я тоже безумно рад нашей встрече, ангел мой. Пригласишь в свои покои или полюбуемся звёздным небом?

Язык тоже окоченел. Я не могу даже пискнуть, не говоря уже о том, чтобы сказать что-то вразумительное.

Пожав плечами, Эмир оставляет право выбора за собой. Звёзды его мало волнуют, поэтому он ведёт меня в комнату. Присаживается на скомканную постель и, не выпуская моей руки из своей, хлопает по месту рядом с собой. А улыбка так и не сходит с лица.

Что с этим человеком не так? Что не так со мной?

— Только, пожалуйста, никто не должен знать, что я был здесь, — говорит он, стирая улыбку с лица. И это не просьба, это приказ.

Наконец, я могу прийти в себя. Я вырываю свою руку и дерзко хмыкаю, как-то умудряясь находить в себе силы, чтобы противостоять дурману.

— То есть? Разве это не то самое свидание, к которому меня просили готовиться? — глядя на меня из-под ресниц, он мотает головой из стороны в сторону. — А говоря никто, ты имеешь в виду кого-то конкретного или…

Эмир не даёт мне договорить.

— Говоря никто, я предполагаю никого! Ни единая душа, только стены этого дома могут знать о том, что сейчас я с тобой!

— Это ещё почему?

— Разве я не ясно выразился? Что здесь непонятного? Диана, не вынуждай меня пожалеть о своём выборе.

— А-а-а! Кажется, я поняла, — стоя перед ним, я чересчур наигранно всплёскиваю руками. — Ты боишься, что девушки отвернуться от тебя?! Ну, конечно, а ты со всеми ними ещё переспи, чтобы они устроили тут бойню между собой.

На его лице вновь рисуется улыбка. Он расслабленно откидывается назад, упираясь локтями в матрас. Полулежащая поза говорит о том, что он безоговорочно доверяет мне, хотя я с лёгкостью могу наступить ему между ног и всмятку раздавить его причиндалы. Эта мысль посетила меня неспроста. Мысленно я уже кастрировала его.