Смотрю на него полными ужаса глазами.
— Ты мне нравишься, Соня.
О Боже, он все-таки это сказал! Как же я боялась однажды это услышать. До произнесения этих слов вслух, я могла делать вид, что не понимаю намеков, и мы просто друзья. А теперь так не получится. Теперь надо что-то с этим делать.
— Игор, я… — и замолкаю, не находясь, что ответить.
В данную секунду я испытываю весь спектр самых негативных чувств, какие только возможны: страх, раздражение, неприязнь, отторжение.
Меня коробит, что какой-то другой мужчина, не Дима, стоит ко мне вот так близко.
Меня коробит, что какой-то другой мужчина, не Дима, касается моей кожи.
Меня коробит, что какой-то другой мужчина, не Дима, говорит о своей симпатии ко мне.
Мне хочется поежиться, попросить Игоря отойти. Внутри меня поднялась целая волна отвращения к нему. Не хочу, чтобы касался, не хочу, чтобы подходил.
— Соня, ты давно мне нравишься, — повторяет. Не убирает руку с моего лица, не отходит.
Я вжимаюсь в стену так сильно, как могу. Наверное, скоро сольюсь с нею.
— Я не знаю, что тебе сказать… У меня к тебе только дружеское отношение. Прости.
Ни один мускул не дергается на его лице. Почему его не обижают мои слова? Или обижают? Но Игорь по-прежнему не отходит.
— Но ты же понимаешь, что, если вернешься домой, то будет то же самое. Мать продолжит тебя пилить.
— Я не вернусь домой. Я решу вопрос с работой, сниму комнату…
— Ну какая работа, Сонь? — слегка ухмыляется. — Полы мыть?
— Да хоть полы.
— Будешь скитаться с ребенком по съемным комнатам с тараканами и работать уборщицей? Серьезно?
В голосе Игоря звучит легкая насмешка, от которой становится еще больше не по себе.
— У меня нет другого выбора. Значит, буду.
— У тебя есть другой выбор.
Сердце с грохотом проваливается в пятки. С Игорем как будто бы произошла какая-то перемена. С одной стороны, он такой же, каким я его знаю. А с другой, ощущение, будто он хищный зверь, который загоняет меня в угол, словно трусливого зайца.
— Я предлагаю тебе другой выбор, — снова говорит.
Убирает пальцы от моего подбородка и проводит подушечками по щеке, от чего горлу тут же подступает рвотный рефлекс.
— Какой? — едва слышно выдыхаю.
— Оставайся со мной. Выходи за меня замуж.
Последнее предложение звучит, как гром среди ясного неба. Я пялюсь на Игоря во все глаза, пытаясь понять, это прикол или он серьезно. Но на лице Игоря нет ни тени шутки. Он предельно серьезен.
Мой первый порыв — сказать «Нет», но отказ застревает в горле.
