Внутри вспыхивает возмущение, и я стреляю злым взглядом в мужа. Но Игорь делает вид, что не замечает его.
Я не то что бы против компьютера для Владика, просто…
Опять в голову лезет Соболев. Я злюсь еще больше: на себя, на него… Мы с ним больше не увидимся? Меня выписали из больницы и на этом все? Он же не знает, где я живу, не знает мой номер.
Да и хорошо, что не знает. Зачем нам видеться? Ни к чему это.
Но все же, вот так все закончится? Один раз встретились и все? Мы даже толком не поговорили…
— Соня, успокойся, — руки мужа аккуратно опускаются мне на плечи, когда я мою посуду.
— Я спокойна.
— Ты швыряешь тарелки.
Делаю глубокий вдох и медленный выдох.
— Зачем ты пообещал Владику компьютер? — спрашиваю с претензией.
— А почему ты так сильно против компьютера для ребенка?
— Потому что ему еще рано. Он с утра до вечера будет играть в игры, а ему надо учиться.
— Мы будем это контролировать. У всех детей есть компьютер, но это не мешает им хорошо учиться.
— Мешает!
— Соня, Владик и сейчас с утра до вечера играет в игры.
Вот прямо в данный момент он сидит в своей комнате и собирает Лего, а не книги читает. Давай отберём у него Лего, потому что оно мешает ему учиться? И машинки отберём, и роботов, и железную дорогу. Все эти игрушки мешают Владику учиться.
В глубине души я понимаю, что муж прав. Просто компьютер — это что-то такое от Димы… А Владик и так слишком на него похож. Неужели и мозги у сына технические, как у Соболева, а не гуманитарные, как у меня?
— Да… Ты прав… — тихо отвечаю.
Игорь забирает у меня из рук недомытую тарелку и сам становится к раковине, а я ухожу в спальню и ложусь отдыхать. Сегодня я засыпаю раньше, чем обычно.
Следующим утром традиционно поднимаю мужа и сына, готовлю им завтрак и делаю все то, что делала в утро похищения и в сотни утр до него. Мне все еще нужно пойти в банк и забрать новую карточку, но я боюсь выходить из дома. Да, Игорь прав, мне нужен психолог, я теперь не смогу спокойно ходить по улице.
Еще и Соболев снова лезет в голову, будь он неладен.
Ни с того ни с сего вспоминаю его объятия. И когда я уже довожу сама себя чуть ли не до новой истерики, в дверь раздается звонок.
Я даже не сразу понимаю, что это в мою квартиру. Когда звонок повторяется, я осторожно подхожу к двери и смотрю в глазок.
На лестничной площадке стоит моя мама…
Глава 8.
Открываю дверь и удивленно смотрю на маму.
— Привет, — говорю.
— Привет, — робко отвечает. — Можно?
— Да-да, конечно, проходи, — пропускаю ее внутрь.
