Родительница проходит в квартиру, ставит пакет у стены и снимает с себя пальто.
— А ты просто? Или по какому-то делу? Почему не позвонила?
Я все еще удивлена, что мать ни с того ни с сего нагрянула без предупреждения.
— Просто, навестить тебя. Игорь рассказал мне, что произошло. Не позвонила, потому что ты же потеряла телефон.
— Ааа, не, мне следователи вернули мою сумку. Так что телефон снова со мной. Проходи на кухню.
Мама сначала заходит в ванную помыть руки, а я иду ставить чайник. Ну я даже не удивлена, что Игорь за моей спиной позвонил маме и рассказал о случившемся.
Впрочем, я и не просила его молчать. Однако мог бы меня все-таки предупредить. Ладно.
— Ты чай будешь или кофе? — спрашиваю, когда родительница проходит на кухню и садится за стол.
— Чай. Как ты себя чувствуешь?
— Все нормально. Отделалась легким испугом. Как Настя?
— Все хорошо, учится. Я не стала рассказывать ей про твоё похищение.
— Да, не надо ее пугать.
— Как Владик?
Ставлю на стол две кружки и бросаю в них пакетики чая.
— Нормально, в садике.
— Я тут ему кое-что купила.
Мама принимается доставать из пакета конфетные наборы и игрушки.
— Спасибо, — сдержанно улыбаюсь и убираю со стола подарки для сына."
"С каждой секундой неловкость ситуации становится все ощутимее. Я стараюсь суетиться по кухне, чтобы свести к минимуму это гнетущее ощущение. Ставлю на стол какие-то пирожные из холодильника, хотя знаю, что мама их есть не будет. У нее повышенный сахар. Потом вовсе решаю подарки для Владика унести в его комнату и не тороплюсь из нее возвращаться.
Но когда чайник начинает предательски свистеть, все же иду обратно. Разливаю по кружкам кипяток и сажусь напротив матери.
Я больше не кричу ей, что ненавижу, но и разговаривать мне с ней особо не о чем. Мы совершенно разные. Нет, я поддерживаю с ней связь, поздравляю ее с праздниками и вижусь где-то раз в полгода, но эти встречи всегда очень неловкие. Вот как сейчас. Каждая из нас не знает, куда себя деть и с чего начать разговор.
— Скоро Пасха, — находит мама тему для разговора. — Какие у вас с Игорем планы? Поедете на кладбище к папе?
Киваю.
— Да, поедем. Но еще и на могилу отца Игоря надо будет заехать.
Три года назад не стало моего папы. Рак. Болезнь сожрала его за каких-то полгода. Мама воспитывает Настю одна. Продолжает работать директором все в той же школе, сестра ходит в шестой класс.
Смерть отца изменила нас всех: меня, маму, Настю.
