Ну и самого Свиридова тоже в случае, если бы он приехал домой.
— Да вроде Никита не так уж и часто приезжает…
Лиля и Никита жили в одном подъезде. Квартира Лили ровно над квартирой Никиты.
— Все равно. Ладно, — снова отпивает из кружки. — Что мы все обо мне, да обо мне? Ты как? Что нового?
Я падаю на спинку стула и беру в руки кружку. Даже не знаю, с чего начать.
— Все хорошо. Но вот несколько недель назад меня похитили.
Глаза Лили округляются.
— В смысле похитили?
— В прямом. Шла утром по улице, возле меня резко остановилась машина и вылез человек в гриме клоуна и с пистолетом в руке.
Навёл его на меня и заставил сесть в машину.
Рассказываю все это и сама удивляюсь, как легко и без страха я вспоминаю похищение. Конечно, это потому, что меня гораздо сильнее тронуло другое событие. Тот факт, что я находилась на волоске от смерти — сущая ерунда по сравнению с тем, что Соболев жив.
— Кошмар, — Лиля аж побледнела. — Они сделали с тобой что-то…?
— Нет-нет, — спешу заверить подругу.
— Меня спасли полиция и спецназ. Я не пострадала. Отделалась легким испугом.
— Все равно. Господи, Соня…
Я уже начинаю жалеть, что рассказала Лиле о похищении. Она перепуганная со стеклянными глазами.
— Лиль, со мной все в порядке, — тянусь к ней через стол и сжимаю ладонь. — Правда. Меня сразу же спасли. И часа не прошло. Я полежала несколько дней в больнице, потом меня выписали. Все хорошо.
— Ты так спокойно об этом говоришь…
— Потому что потом произошло кое-что грандиознее похищения.
Лиля уже белая, как простыня.
— Кто-то умер..?
— Наоборот. Воскрес."
"Мне кажется, Лиля не дышит. По крайней мере грудь перестала вздыматься.
— Сводная сестра Димы Соболева обманула меня, когда сказала, что он погиб.
— А?
Шумно выдыхаю. Может, не следовало мне все это вываливать на Лилю? Она хоть и говорит, что в ее жизни все наладилось, но я не могу знать этого наверняка.
— Дима Соболев жив. Меня обманули, когда сказали, что он умер. Я его недавно встретила.
Лоб Лили посередине пересекает толстая морщина, которая обычно возникает во время важного мыслительного процесса.
Вместо того, чтобы пребывать в изумлении или шоке (что логично в данной ситуации), подруга вдруг становится задумчивой. Опускает взгляд в кружку и начинает медленно помешивать кофе ложечкой.
Я терпеливо жду от нее хоть какой-нибудь словесной реакции.
— Ты знаешь, — наконец, произносит. — А я его один раз видела.
— В смысле видела?? — подпрыгиваю на стуле.
