Поймать в ловушку Саллера намного сложнее, чем простака графа, но и победа, в конечном итоге, окажется намного слаще. О, как он будет наслаждаться, глядя в глаза этому выскочке и рассказывая, чем после его смерти займется с хэллени. Своей хэллени.
Ощущение, что скоро он достигнет желанной цели, кружило голову, заставляя мужчину почти дрожать от нетерпения. Он уже знал, что предпримет дальше. Маленький мешочек, что все эти годы пролежал нетронутым в дальнем углу заветного ларца, наконец-то дождался своего часа.
Лорд невольно поежился, вспомнив о содержимом кисета из потертого черного бархата. Серый камешек, крохотный, невзрачный… Древний артефакт, страшный в своей разрушительной мощи. Плата за его использование невероятно высока…
На миг стало страшно, но лорд тут же досадливо поморщился. Кто не рискует, тому суждено вечно прозябать в неудачниках. Он, лорд, уже многим пожертвовал и не отступит. Не сейчас, когда ставки так высоки, а успех близок. Он выиграет эту партию. Обязательно.
Иначе просто не может быть.
* * * * *
Несколько секунд… Столько понадобилось принцу, чтобы отойти от потрясения и оценить обстановку, а потом начался сумасшедший дом.
Все разом сорвались с места, заговорили, перебивая друг друга, и бросились растаскивать слившуюся в экстазе парочку.
— Как ты посмел, мерзавец?!
— Кемран, не горячись… Сначала надо разобраться…
— Пе… Трэй… Да Трэй же… Ты меня слышишь?..
— В чем тут разбираться? Я не слепой. Эмина, ко мне. Немедленно…
— Он, скорее всего, под заклятием и себя не контролирует…
— Трэй, пожалуйста…
— Вижу, что не контролирует.
Убери от нее руки, смертник…
— Только руки? Остальное можно оставить? — включился в разговор пришедший в себя Петька.
Лучше бы не приходил, честно слово. Потому что после его абсолютно неадекватной реплики все стало только хуже.
— Убью! — взревел сигиллец, срывая с лица ненужную уже маску.
Его глаза засияли двумя темными провалами, вокруг тела спиралью закружился черный песочный вихрь, и над головой поднялся, воинственно нацелив на Петьку жало, гигантский полупрозрачный скорпион.
Мамочки!
Во дворце же запрещено пользоваться магией. Для высокого иностранного гостя сделали исключение? Или он настолько силен, что легко обошел все запреты? Во что же мы с братом опять вляпались?
— Нет… — завизжала Эмина, отлипла, наконец, от чужого мужа и бросилась между мужчинами. — Кем, нет! Если ты тронешь его… Тогда и меня убей вместе с ним.
