Ликование поднималось из глубины души пузырьками шампанского, пьянило, переполняя меня щемящим, до боли сладким чувством. Хотелось поделиться своим восторгом со всеми разом и с каждым в отдельности.
«Жив… Он жив…»
И я цеплялась за плечи Рэма, улыбалась сквозь слезы, заглядывала в глаза. Путаясь, сбиваясь, повторяла, как важно всегда надеяться, ждать…
— Я верила, до самого последнего мгновения верила, и вот видишь?.. Видишь?!
Саллер кивал, не делая попыток освободиться от невменяемой девицы, и даже, кажется, разделял мою радость.
Только глаза на бледном лице резко выделялись двумя темными омутами. Провалами в бездну.
Мысль об этом мелькнула и тут же исчезла. Сейчас самое важное, что Петька нашелся, здоровый и невредимый. А с остальным потом разберемся. И я, схватив герцога за руки, потянула к брату.
Следующая сцена осталась в памяти в мельчайших подробностях.
Вот Рэм остановился, улыбнулся.
— Рад видеть тебя живым, Трэй, — негромкий голос звучал глухо, но твердо и искренне.
И Петка вдруг сделал шаг навстречу, сокращая между ними расстояние.
— Спасибо, брат, — произнес он тепло. — За то, что спас, уже в который раз. И о ней позаботился…
Он кивнул в мою сторону и первым протянул ладонь. Саллер побледнел еще больше — если это вообще возможно, — но ответил крепким рукопожатием.
Несколько секунд мужчины, не отрываясь, смотрели руг на друга, словно мысленно о чем-то переговаривались, потом герцог отступил и Петька, тут же подхватил меня под руку.
Плотно прижалась к его боку и снова погрузилась в счастье.
Дальше была лестница, широкой спиралью уводящая нас вверх…
Увитая цветами светлая комната…
Чашка чего-то невероятно вкусного, теплого, пахнущего луговыми травами и медом…
И снова ласковые, родные объятия…
Когда я более-менее пришла в себя, Йора рядом не увидела. И Саллера тоже.
Завертелась в руках Петьки, растерянно озираясь по сторонам."
"Круглое помещение.
Стены и потолок так густо оплетены растениями, что, казалось, лишь из них одних и состоят. Изящная деревянная мебель. На полу — темно-зеленый ковер, подозрительно напоминающий мягкий бархатистый мох. На гигантском, от ковра до потолка окне, которое заменяло половину наружной стены, — каскад лиан, затеняющих комнату от солнечных лучей.
Все это выглядело очень необычно и в то же время создавало атмосферу умиротворения и уюта.
