Мужчина-сказка, или Сейф для любовных улик
0 прочтений
- Автор: Татьяна Игоревна Луганцева
- Жанр: Легкое чтение, Детективы, Любовные романы
– Опять любовные романы? – ахнула Ефросинья.
– Сама говорила, что перевод возьмешь любой.
– Ладно… раз обещала…
Семен Игоревич сказал – сделал. Фрося стала обладательницей почти пятидесяти женских романов одной современной английской писательницы. И засела за перевод. После пяти романов у нее голова уже пухла от «вздымающихся грудей», «томных и страстных взглядов», «стальных плечей»…
«Одно и то же! Одно и то же! Губы, груди, красавцы… только имена разные… Но это моя работа, и я буду ее выполнять! Только вот тошно… «Эмилия пробралась к Джордано и почувствовала его мужское начало…» Тьфу! А я, видимо, никогда его уже не почувствую…» – так думала Ефросинья, сидя в своем кабинете за переводом очередного романа.
За окном хлестал как из ведра ливень. Так же чувствовало себя и сердце Ефросиньи – рыдало. То есть внутреннее ее состояние совпадало с внешним миром. Катастрофа творилась и в душе Фроси. Владислав, провожая ее в аэропорту, обещал прилететь в Москву как только сможет, она начала его ждать с того самого дня, когда они расстались.
«Почему? За что? Зачем тогда обещал? Господи, что могло случиться? Второй раз бросил? Передумал? Встретил другую? Понял, что мы не сможем быть вместе? Что время упущено? Что же мне делать? Опять жить с чувством любви и обиды?» От бесконечных мысленных вопросов голова Фроси разрывалась еще больше, чем от переводимых любовных романов.
Мать Ефросиньи заметила, что с дочерью происходит неладное.
– Господь с тобой! Ты давно повзрослела… Думаю, ты влюбилась, – констатировала Зинаида Федоровна.
– Так видно? То есть заметно?
– А то! Ты в таком состоянии только один раз в жизни ходила… со своим Владом…
– Тебе он не нравился? – спросила Ефросинья.
– Нравился. Но я почему-то чувствовала, что он принесет тебе горе и несчастье. Такого типа мужчины способны на это… Так и получилось. Фрося, ты что, встретилась с ним? И опять за старое?
– Без комментариев… – отвернулась Фрося.
– Горе мне! – покачала головой Зинаида Федоровна и оставила дочь в покое.
С горя Ефросинья завела собаку.
