Мужчина-сказка, или Сейф для любовных улик

Пиво Вацлава угрожающе уменьшалось, а поведение становилось все более веселым и развязным.

– Вот времена были! – вздохнул помощник комиссара.

– Какие? – поинтересовался Владислав.

– Когда мы тоже были детьми. Давайте прокатимся на карусели?

– Мы не за тем сюда пришли, – почесал затылок Светлов.

– Да что вы за люди такие! Когда у меня еще выпадет шанс погулять по парку с аттракционами? Я ведь совсем немного. Пару кругов всего.

– Ну, хорошо, Вацлав, иди, катайся. Только не пей больше. Хватит уже, полечился.

– Забудь! Неужели ты думаешь, что я опьянею с пива? Да оно для меня – как вода! Ждите меня здесь! – выкрикнул Бельских и понесся к кассам, подпрыгивая, словно подросток.

Фрося с Владом переглянулись.

– Ну и дружок у тебя! – усмехнулась девушка.

– Какой есть, – пожал плечами Влад. – Жалко, что ли? Пусть прокатится!

– Еще ваты хочу! – закапризничала теперь уже и Ефросинья.

– Сейчас куплю. Что-то еще?

Фрося расположилась на деревянной скамейке с видом на карусель, по виду похожей на нашу «Ромашку» или «Сюрприз».

Вацлав уже занимал там свое место, одновременно заигрывая с очаровательными соседками и еще успевая помахать рукой Фросе и усиленно ей подмигнуть, показав рукой знак «о’кей». Мол, у меня все схвачено, я в засаде, и все преступники будут обезврежены.

«Шут гороховый», – ухмыльнулась Фрося и закинула ногу на ногу.

Влад вернулся с огромным комом ваты розового цвета и бумажным стаканом колы.

– А… – перехватил ее взгляд Светлов.

Тем временем карусель начала бешеную раскрутку. Лица людей слились в одну сплошную белую полосу, а разноцветная одежда как бы превратилась в цветастый павловопосадский платок.

Децибелы высоких женских криков перекрывали все допустимые нормы. Владислав сел рядом на скамейку. Улыбнулся:

– Развлекается, молодчик…

– Ага! – Ефросинья вонзилась зубами в сладкую вату. Та моментально карамелизовалась во рту, затем таяла, оставляя неповторимый вкус, склеивая зубы.

– Ты думала о детях? – вдруг спросил Влад, и Фрося чуть не подавилась.

– Здесь так много малышей… Знаешь, я всегда хотел иметь большую семью, но Розалинда все не могла забеременеть.

А потом ее не стало, – задумчиво произнес Владислав.

Ефросинья принялась облизывать свои липкие пальцы.

– Я тоже хотела, но у меня другая ситуация – не от кого рожать было. Конечно, кто бы отказался от детишек? Доченьку бы или сыночка иметь я бы не отказалась.

– Так, может… – встрепенулся Владислав.

Но тут вдруг со стороны вращающейся карусели раздался душераздирающий крик.