Мужья для ведьмы, или Покажите мне всех!

Это было непросто, милый. Сам знаешь, они такие разные. Когда я появилась в Арт Ти-ер, единственное, что их связывало — неприязнь друг к другу.

— Любовь. Когда она пересилила неприязнь, они приняли решение любить меня, несмотря ни на что. Даже если придется делиться, даже если ревность душит и даже если это неизбежно.

— А ты? Ты полюбила их всех?

— Конечно! — она всплеснула руками. — Они разные, да, но спустя уже несколько дней мне сложно было представить свою жизнь хотя бы без одного из них.

По той же причине они пошли на перемирие.

— Только представь свою жизнь, если Дара сейчас исчезнет.

Ребра стянуло болезненной тоской. Печаль серой дымкой поднялась перед глазами, застился все непроглядным туманом и заполняя голову оглушительным звоном.

Больше не видеть эти кудряшки, не слышать звонкий смех, не ловить на себя смущенные, но такие искренние взгляды?

Больно. Так сильно, что даже могущественное существо вроде него готово преклонить колени.

— Но как дать ей понять это?

— Просто не мешай ей думать, — улыбка матери согрела сердце, и нехорошее ощущение отступило.

— Дайте девушке столько времени, сколько возможно. Не перетягивайте одеяло и, прошу, закройте глаза на разногласия — постарайтесь побольше времени проводить все вместе. И она поймет, обещаю.

— Что я? — удивленно вскинула брови.

— Не хочешь с ней познакомиться, поговорить?

Звонко рассмеявшись, мама закрыла глаза и запрокинула голову, позволяя соломенной шляпке скатиться с ее волос и упасть на землю.

— Прости, дорогой, но, думаю, сейчас не время. Она явно призывает на мою голову все известные ей проклятия, так ведь? — неумение врать выдавало его многозначительным молчанием, но женщина не расстроилась. — Вам пока не нужно ничье вмешательство, родные мои.

Поймав лицом очередной мягкий поцелуй ветра, Рассел прикрыл глаза и глубоко вздохнул.

Да, Дормун постарался вправить ему мозги, скрипя зубами от злости и распирающей ревности после увиденного.

Но Рассел не воспринял его слова всерьез ровно до этого разговора с мамой.

Она права. И Дормун прав. Им нужно держаться вместе, чтобы создать семью. Большую, ревнивую, иногда с возможными драками, но семью. Это его единственный шанс стать счастливым. А за свое счастье нужно бороться, крепко сжимая кулаки.

— Что? — отряхнув свою забавную шляпку, женщина вновь водрузила ее на макушку и озорно улыбнулась, прищурив один глаз.