Мужлан и флейтистка
0 прочтений
Вот вы прямо скажем вынудили Ольгу Божок подать заявление об уходе, вы явно этого и добивались, а когда она ушла, вы начали грязными и даже, я бы сказал, подлыми методами препятствовать приему ее на новое место работы. Ну, допустим, у вас с ней несовместимость, что ж, бывает.
Хлынов попытался что-то возразить, однако Дубравин ему не позволил.
– А вот такая же история с Евгением Скляром и Виталием Гуреевым. Вы хоть соображаете, что это подсудное дело?
– Подсудное? – побелел Хлынов.
– Да, именно, поступая таким образом вы нарушаете все правила КЗОТа, да оно бы еще полбеды.
– Это… Это в каком смысле? – пролепетал уничтоженный Хлынов.
– А во всех! Вы освобождаетесь от должности, ну и сейчас тоже можете идти. Ваше право жаловаться в вышестоящие инстанции, но вряд ли это вам поможет. Вы зарекомендовали себя – хуже некуда. Всех благ.
– Юра, слышишь меня?
– Юра, имей в виду, не сегодня-завтра придет приказ о снятии Хлынова с должности.
– Да ты что! Слава богу! Твоих рук дело?
– Не только, но со мной советовались.
– А кого на его место?
– Тебя, больше некого.
– Я не потяну, Федя!
– Потянешь, Юра, потянешь, как миленький! Я в тебя верю, только верни людей, кого сможешь.
И Федор Федорович принялся наставлять старого друга, как и что ему следует сделать перво-наперво.
– Федь, а Хлынова куда?
– А Хлынова к туркам, пусть вкалывает там, он, я надеюсь, войдет в ум, ведь в принципе он работать может, ему только нельзя людьми руководить в одиночку.
– Понял. Федь, скажи, а как там Елизавета Марковна?
– Ох, Юрка, такая клевая тетка… Мы с ней подружились…
Произнеся эту фразу, Федор Федорович вспомнил, что давненько уже не звонил Елизавете Марковне. Но времени катастрофически ни на что не хватало.
– Ирка, ты чего какая-то смурная? – тихонько спросила подруга Лиля.
