Но даже если такие люди найдутся и с уверенностью опознают нашу подозреваемую, этого будет недостаточно для обвинения и привлечения к ответственности. Помогите же мне.
– Вы хотите добиться ее признания?
– Не обязательно, хотя, конечно, было бы неплохо. Если ваша методика даст мне такую информацию об убийце, которой я сейчас не располагаю, я, может быть, придумаю, где и как искать доказательства.
Самойлов отошел от Насти на несколько шагов и задумчиво потер пальцами виски.
– Я вам верю. Наверное, я не прав, но я вам верю.
Может быть, вы – слепое орудие в чьих-то руках. В таком случае мне вас искренне жаль. Вами просто кто-то воспользовался.
– Уверяю вас, мною никто не манипулирует. Решение проконсультироваться с вами – это мое собственное решение. Более того, я скрывала его от всех моих коллег и от руководства отдела. Не надо меня жалеть, Олег Григорьевич. Давайте лучше разберемся вместе в том, что вызвало у вас такую злость. Скажите мне, что произошло.
– Что произошло? Хорошо, я скажу вам.
Вам подсунули не те сведения. Либо кто-то вас обманывал с самого начала, либо кто-то подменил записи в вашей папке.
– Да с чего вы это взяли? – воскликнула Настя. – Зачем кому-то обманывать меня и подсовывать липовые сведения? В этом может быть заинтересован только сам убийца. Не хотите же вы сказать, что преступник – кто-то из моих коллег?
– Как знать, – уклончиво ответил Самойлов. – Во всяком случае, сведения о втором потерпевшем таковы, что заставляют меня сомневаться. Более того, я посмотрел и данные на третьего задушенного.
И знаете, что я вам скажу, уважаемая Анастасия Павловна?
Ей вдруг стало страшно. Она даже не смогла бы вразумительно ответить, почему. Обыкновенный небольшой кабинет в здании, где полно сотрудников органов внутренних дел. Рядом с ней – уважаемый профессор, доктор наук, милый интеллигентный человек, полковник милиции. Почему же ей так страшно, как будто свет кругом погашен и из каждого угла в любую секунду могут вылезти ядовитые змеи или выскочить вооруженные психи? Сердце колотилось, как бешеное, ладони стали влажными, пальцы дрожали.
– Эти убийства совершили разные люди, Анастасия Павловна. Совершенно разные. И они не маньяки.
Глава 7"
"Денисов все-таки позвонил. И Настя с недоумением прислушивалась к себе, пытаясь понять, огорчает ли ее этот факт. С одной стороны, нет вроде бы ничего опасного в том, что пожилой человек накануне сложной операции хочет повидаться с теми, кто ему небезразличен.
